Бикиское пиво принесло колхозу славу. Подсобная отрасль, подобно инъекции, впрыснула живительную силу в расшатанную экономику хозяйства. У истоков предприятия стоял Элгар. Практик, не обучавшийся в академиях, а унаследовавший секреты пивоварения от отца и деда. К Бикисам заказчики шли косяками. Всегда кто-нибудь женится или справляет юбилей. В былое время по осени паровой локомобиль таскал из дома в дом молотилку. Толоку или помочи без пива и представить нельзя было. Прижимистые хозяева варили его сами. Однако гости, попивая такое пиво, приговаривали:
— В голову ударяет, но ни в какое сравнение не идет с бикиским.
Чтобы не выслушивать подобные высказывания, скрягам не оставалось ничего другого, как заказывать пиво у Бикисов.
Не исключено, что кое у кого бражка получалась не хуже. Но увы, таково свойство славы, раз уж высветило кого, то сияет ему долго и не спешит уходить, даже когда сиять не остается причин.
В Лиекниене было трое Бикисов.
Большие Бикисы, просто Бикисы и Болотные Бикисы.
Большие и просто Бикисы были прославленные на всю округу крупные хозяйства. О Болотных Бикисах говорило само название хутора. Полоска мокрой земли, поросшая тощими высокими деревьями, могла обеспечить лишь скудным достатком. Приходилось искать дополнительные источники доходов. Мысль о пиве родилась у Элгарова дедушки совершенно случайно. В Больших Бикисах выдавали замуж младшую дочь, и хозяин нанял его в помощники. Болотный Бикис часто ходил к богатому соседу подрабатывать. Накануне свадьбы у того были сотни дел. Так что практически изготовлением пива занимался Болотный Бикис один. Пиво удалось на славу. Гости пили и так нахваливали, что Элгаров дед смекнул — нахватанные знания нужно пустить в дело. С того раза все и началось.
Когда образовался колхоз, отец Элгара умер, пришел черед сыну продолжить семейный промысел. Трудодни молодой Бикис главным образом зарабатывал пивоварением.
Хотя Бикисы чуть ли не день-деньской занимались хмельным зельем, никто из них не стал пьяницей. Поэтому к пивоварам относились с уважением. Бикисы не признавали добавок, чтобы повысить крепость напитка. Они раскрывали природную силу ячменного зерна. Богатства Болотные Бикисы не нажили. Однако славу стяжали. Владельцы Больших Бикисов в конце войны удрали в Америку. Просто Бикисы сгорели, и хозяева подались в другие края. Молодое поколение и слыхом не слыхало, чтобы такие Большие Бикисы вообще когда-нибудь тут жили. Зато имя Элгара знали не только в родном колхозе. Все называли его Бикис, потому что отличать его ни от кого уже не было нужды. В документах сельсовета по-старому числилось — Болотный Бикис. Но деревенский народ никогда не употребит два слова, если может обойтись одним.
Когда Элгарово пиво, забористое, шуршащее пеной, хвалили, он шепотом, словно доверяя тайну, отвечал:
— Пиво на острие ячменя.
И больше ни слова. Советы и поучения не вытащишь из него клещами. Стоять рядом, смотреть — пожалуйста. Но чтоб он учил — и не надейся.
Насчет того, где и когда пить, Элгар высказывался не раз:
— Какой это праздник, если нет пива? Однако же если есть пиво и нет праздника, — то это бражничанье.
— А если пить хочется?
— Выпей воды.
— Всего одну кружку после работы?
Но Бикис стоял на своем твердо:
— Пиво хорошо к празднику и совершенно излишне в будний день.
Чтобы рассердить его, достаточно было поинтересоваться:
— Как ты можешь агитировать против пива, если сам варишь его?
— Я не против пива, я против выпивания.
— А как ты его вовнутрь пропихнешь? Натиранием?
Если приставал отпетый пьяница, Бикис посылал его подальше:
— Я с пивными болтунами не разговариваю.
А так вообще он был мужик веселый, покладистый. И если не разглашал вслух тайны пивоварения, то не потому, что боялся соперничества. А потому что считал: научить ремеслу может только работа. Он не говорил, что проросший ячмень пахнет свежими огурцами. Ученик сам должен почуять аромат, найти для него сравнение.
— Пиво на острие ячменя.
Поначалу эти слова воспринимались как Элгарова присказка. Но вдумаешься — и вправду: варить пиво то же самое, что ходить по острию ножа. Чуть оплошал — и вместо пенистого напитка лишенная души бурая жижа.
Легко сказать: пиво должно бродить до тех пор, пока пена не начнет опадать. Если она опала, считай — пиво пропало. И вся работа тогда насмарку, вместе с пеной.
Какой ячмень самый подходящий для пива, знает любой селянин. Но как поддерживать пену, чтобы брошенная на нее копейка не тонула, этому рассказами не научишь. Сам должен варить, сам — ошибаться.
