Нелепая ситуация. Пытаясь сбежать от Нелли, он сглупил и теперь может остаться без завтрака, потому что денег у него нет. На один-единственный медный грош ничего не купишь. Конечно, есть еще Жало. Старик с удовольствием угостит его чаем с чем-нибудь сладким, но Джим почему-то все равно шел к Норе.
Сначала к ней.
Утренний разговор с Нелли расставил все на свои места. Джим не умеет любить, но он может быть благодарным. Служанку он осчастливит деньгами, но Норе деньги не нужны. Ей нужно имя. Имя, которое позволит ей стать полноценным членом общества. То, что подарит ей респектабельность.
Вспомнив, что вчера не вытащил коробочку с кольцом для Норы из плаща, Джим резко остановился и сунул руку в карман, изо всех сил надеясь, что белокурая служаночка не оказалась воровкой, присвоившей себе драгоценность.
Не оказалась.
Не разочаровала.
Вытащив коробочку, Джим усмехнулся. Пожалуй, судьба была к нему благосклонна. Несмотря на то что в последнее время его голова работает как попало, ему все еще везет. А особенно на людей, его окружающих.
Жаль, что он не в силах дать Нелли то, чего она хочет. Потому что ей не повезло влюбиться в ублюдка с засохшей душой, которого из Джима сделала жизнь. Остается лишь верить, что это чувство не засело в ней глубоко и быстро остынет. Он готов позаботиться о девочке, даже стать ей другом. Но думать о близости с ней было противно. Красивая белокурая служанка, очаровательная девушка, которая заботится о нем, внушала отвращение, стоило только представить ее в своих объятиях.
Впрочем, Джим уже устал думать о том, что с ним происходит. Пусть все идет как идет. Он приехал в родной город не для того, чтобы блуждать по закоулкам собственной души, а ради того, чтобы добиться справедливости для своей семьи.
И пусть кто-то скажет, будто мертвым справедливость не нужна. Джим еще жив, и, пока все считают Виктора Беккета убийцей собственной дочери, он не успокоится. И что бы с ним ни происходило, это все равно не остановит его. Он будет идти до конца.
Пустые Зеркала обманули его. Они дали ему не одну зацепку, а сунули ему в руки много разных ниточек, большинство из которых обрываются в самом начале. И пусть он не хочет терять время и тянуть за все подряд, ничего другого не остается.
Выход прост. И пусть Джима не покидает ощущение, что время течет сквозь пальцы и день, когда станет поздно, вот-вот наступит, разрушив все надежды, он справится.
Надо просто перестать заниматься ерундой, размышляя над природой собственных эмоций. Он и так потратил на эту чушь слишком много времени.
Норы дома не оказалось. Или она спала так крепко, что на стук в дверь никак не отреагировала. Джима взяла злость на самого себя. Вот точно пора перестать заниматься чепухой и начать думать головой! Он ведь знает, что Нора почти каждую ночь проводит в доме удовольствий госпожи Палетты, после работы встречается с Клайдом и идет вместе с ним в Пустые Зеркала. Так какая проклятая Бездна принесла его сюда? Где были его мозги? Или их вытрясло после встречи на лестнице?
Грязно выругавшись, Джим поплелся прочь. Перебирая содержимое кармана: стеклянные бусы, коробочку с кольцом для Норы и потрепанный клочок бумаги с именами пропавших одновременно с Дианой девочек, он неторопливо вышел на улицу, подарил каждому посмевшему поднять на него глаза человеку взгляд, полный горечи и разочарования, и неторопливо отправился в заброшенную молочную лавку.
Встречать тех двоих, что стали его поддержкой и без которых его расследование давно бы зашло в тупик. Тех двоих, рядом с которыми он перестает чувствовать себя одиноким.
После прогулки головная боль немного отступила, но саднящее горло и забитый нос никуда не делись, поэтому получать удовольствие от жизни выходило из рук вон плохо. Ко всему прочему прибавилось урчание живота и чувство жажды. К сожалению, достать еду Джим мог бы, только продав кольцо, а этого делать он категорически не собирался. Поэтому пришлось терпеть.
Он не изнеженная барышня, чтобы раскисать от легкой простуды, а голодная смерть ему грозит очень и очень не скоро. Нора и Клайд точно успеют вернуться с изнанки этого мира…
Добравшись до Книжной улицы, Джим приготовился к долгому и тоскливому ожиданию. Но, толкнув дверь заброшенной молочной лавки, понял, что скуки ждать не придется.
Потому что на прилавке, где когда-то в далеком прошлом выкладывали товар, лежали знакомые тетради.
Дневники Вилада Нордау.
Что они здесь делают? Значит ли это, что рядом со входом в Пустые Зеркала вертелся старый архивариус? Но зачем он оставил эти тетради на самом видном месте?
Будто зачарованный, Джим подошел к прилавку и взял дневник, лежащий сверху. Он уже читал его, но руки сами открыли тетрадь на первой странице.
«Завтра наступит не для всех».
Значит, это первый. А не после ли этой фразы Джиму начало казаться, будто он теряет время? Или странное ощущение пришло раньше? Вспомнить бы… но в последние дни случилось столько всего, что зацепиться за тот момент, когда ему впервые показалось, словно у него почти не осталось времени, не удавалось совершенно.
