Старшина послушно взял танковый пулемет, устроился между гусеницами и принялся поглядывать на склоны балки поверх прицела. Чеченец быстро скользнул в десантный люк. Спустя минуту в нем показалась его голова.
– Нет связи, товарищ командир! – доложил он.
– Как нет? Что случилось? – осведомился Соколов.
– Антенна!.. – ответил Омаев и поморщился как от зубной боли. – Я через верхний люк посмотрел. Видать, осколком ее срезало вчистую, еще когда мы сюда на всех парах шли. Разрешите сползать, товарищ лейтенант. Я найду антенну и по нашим следам назад доберусь.
– Отставить! – осадил молодого чеченца Соколов, пытаясь перекричать грохот разрывов. – У тебя кабель есть запасной?
– Есть метра четыре. Если найти, на чем поднять, хоть шест какой-нибудь, то можно наладить антенну.
– Если только до лесочка добраться, срубить там осинку молодую, – вставил Логунов и тут же вжал в плечо приклад пулемета. – Но не успели мы. Опять фрицы лезут!
– Логунов, в башню! – крикнул Соколов, хватая свой автомат. – Осколочными по пехоте! Омаев, к пулемету! Всем огонь! Экономить боеприпасы!
До бесконечности держать оборону было невозможно. Для пулемета боеприпасов оставалось достаточно, но вот «ППШ» скоро должны были замолчать. На каждый автомат в танке имелось всего по два диска. Были и гранаты, и пара пистолетов, но с этим долго не повоюешь.
Омаев поспешно спустился из люка на снег, принял пулемет у Логунова и открыл огонь короткими точными очередями. Он старался сдерживать немцев, подбирающихся к танку.
Минометный обстрел прекратился.
Соколов сделал знак Бочкину выбираться из-под танка и занять позицию справа от него. Сам он попятился и ногами вперед вылез из-под машины и перекатился влево.
Почти сразу всего в каких-то двадцати метрах перед ним возникли две фигуры в темных шинелях и немецких касках. Алексей длинной очередью свалил обоих. При этом он заметил, что один из гитлеровцев успел отвести руку назад для броска гранаты. Спустя пару секунд она взорвалась.
«Слишком длинные очереди!» – ругал себя Соколов, наводил оружие на фашистов и пытался беречь патроны.
Тут над головой лейтенанта с шелестом пронеслись снаряды в сторону немецких позиций. Вели они себя как-то странно, падали на землю, как им и было положено, но почему-то рикошетили от нее и рвались в воздухе. Наступающие немцы стали оборачиваться, с недоумением озираться.
Соколов никак не мог понять, откуда взялись эти орудия. Он знал, что в полку больше почти не осталось артиллерии. А по немцам били даже не сорокапятки, а серьезные стодвадцатидвухмиллиметровые гаубицы, расположенные где-то на закрытых позициях.
Башня «Зверобоя» начала медленно поворачиваться в сторону балки. Ударил выстрел, и среди кустов разорвался осколочно-фугасный снаряд. Башня снова зашевелилась. Логунов искал те места, где скопились гитлеровцы.
Но в этот раз на штурм танка фашисты выслали многочисленную группу. Солдаты не стали отступать. Они притаились на бровке низины, потом начали обходить танк сбоку, прикрываясь неровностями рельефа.
– Омаев, внимание на правый фланг! – выкрикнул Алексей, хотя и понимал, что пулеметчик его не услышит.
Два раза такого чуда не бывает. Да и Коля Бочкин не додумается обойти немцев, чтобы снова напасть на них с тыла или сбоку. Да и воевать ему особо не с чем. В барабане «ППШ» у него осталось десятка два патронов. Правда, есть гранаты. А может, он просто экономит патроны. Ведь против него немцев почти нет. Они не двигаются.
Слева снова поднялись фашистские пехотинцы, и Соколову пришлось менять позицию. Он короткими очередями свалил двух врагов, заставил остальных залечь и отползти назад. Вскоре в ход пойдут гранаты!
Но Коля Бочкин не экономил патроны. Он честно расстрелял все барабаны своего автомата и полез за гранатами в карман куртки. Но тут до молодого танкиста дошло, что всего в нескольких метрах от него лежали убитые немцы. Он оставил свой бесполезный «ППШ» и пополз вперед, держа в руке гранату, готовую к броску.
Вот и первый труп. Николай потянул к себе за ремень немецкий автомат. Тот выскользнул из закаменевшей руки убитого фашиста. Теперь ближе, держа наготове трофейное оружие. В подсумке немца еще один полный рожок.
Вот и второй покойник. Еще один автомат и два полных рожка. У третьего он не стал забирать шмайсер, взял только магазины.
Настроение у заряжающего поднялось. Теперь у него имелся солидный арсенал, было с чем воевать. Ну, держись, фрицы!
«Зверобой» выстрелил уже дважды, но немцы прижимались к земле, обходили неподвижную машину слева. Там отстреливался один командир. Бочкин догадывался, что у него тоже заканчивались патроны в автомате. Решение пришло само собой.
Коля заметил, что метрах в тридцати от него два немца готовили к бою пулемет. Еще один был с биноклем на груди, видимо, командир. Остальные отползли в сторону и пытались обойти танк сзади.
– Гады! – закричал Николай, размахнулся и бросил в пулеметчиков гранату.
