– Надо что-то предпринимать, Захар, – торопливо проговорил Соколов, когда они с капитаном отошли в сторону и забрались в трофейный «Хорьх». – Смотри, что здесь! Еще немного, и они уйдут. Операция «Бюффель» началась. Она готовилась довольно долго и теперь реализуется. Надо срочно сообщить об этом нашему командованию. Смотри, это приложение к приказу со ссылкой на распоряжение самого Гитлера. Он долго не давал разрешения на отвод войск под Ржевом, а теперь сделал это. После того как семнадцатого января наши войска взяли город Великие Луки, немцы оказались под угрозой окружения в Ржевском выступе. Шестого февраля по предложению командования группы армий «Центр» и начальника штаба сухопутных войск генерала Цейтцлера Гитлер разрешил отвести Девятую и часть Четвертой армий на линию Духовщина – Дорогобуж – Спас-Деменск. Сразу же началась подготовка к планомерному очищению Ржевского выступа. Приказ о начале операции «Бюффель» подписан двадцать восьмого февраля сорок третьего года. Ее основная цель – выровнять линию фронта и высвободить часть дивизий в качестве резерва. Ответственным за выполнение назначен командующий Девятой армией генерал-полковник Модель.
– А это и есть сам приказ? – Белов показал на следующий лист бумаги. – Что там написано?
– Да, он самый и есть. Тут написано, что, согласно разработанному плану операции, в течение четырех недель надлежит построить новую линию обороны и очистить армейский район на глубину не менее ста километров.
– Видели мы с тобой, как они нашу землю очищают! – зло бросил капитан. – Дальше давай!
– Дальше речь идет о строительстве новой двухсоткилометровой автомобильной дороги и шестисоткилометровой для гужевого транспорта. Вот расчет эвакуируемого имущества, военного и гражданского груза. Это скот, запасы урожая, инструменты, гражданская и боевая техника. Около ста тысяч тонн груза немцы хотят эвакуировать по железной дороге и еще десять тысяч – транспортными колоннами. Представляешь, Захар, они собираются подчистую все вывезти.
– А гражданское население? Люди, что про них говорится?
– За новую линию обороны необходимо будет отвести тысячи гражданских лиц, – мрачно ответил Алексей. – Как они отводят, мы видели. Наверное, не хотели фашисты утруждаться, силы экономили. Вот еще. Они намерены свернуть тысячу километров железнодорожного пути, тысячу триста километров проводов, проложить четыреста пятьдесят километров кабельных линий. Разработать планы отвода отдельных корпусов. На передовой оставлять только трофейное оружие и технику. Минировать и готовить к уничтожению все военные и гражданские объекты, мостовые переходы, тоннели.
Захар взял какой-то документ и большой конверт, вытащил из него фотографии стрелкового оружия, разложенного на столах, и пулеметов различных систем.
Были там и снимки, запечатлевшие картины казни. Расстрел мужчин и женщин перед рвом, виселицы с раскачивающимися телами, десятки трупов, уложенные в несколько рядов.
Белов окликнул автоматчиков и велел им привести генерала.
Немец шел, сутулясь, держа руки в карманах. Но, когда его подвели к машине, в которой сидели русские командиры, он постарался встать прямо.
Соколов показал фотографии и спросил:
– Что это за снимки, генерал? Кого вы казнили и почему?
– Это мой отчет, – прокашлявшись, ответил пленный, и вся спесь тут же слетела с него.
Теперь перед машиной стоял старый перепуганный человек, который очень хотел жить. Он совсем не желал, чтобы русские пристрелили его в этой безграничной, нелепой глуши, выстуженной дикими морозами. Этот человек, привыкший к теплым кабинетам и ватерклозетам, отнюдь не мечтал о том, чтобы его тело валялось на заброшенной дороге, где глаза выклюют вороны, а щеки и нос обгрызут лисы. Генерал видел множество подобных трупов со скрюченными почерневшими руками и объеденными лицами.
– Какой отчет? – настаивал Соколов. – О чем?
– Об антипартизанской операции Девятой армии, – старясь говорить твердо, ответил немец.
Соколов перевел эти слова комбату. Тот удивленно посмотрел на генерала, потом на карту, развернутую на собственных коленях.
– Какие партизаны? Что он брешет? Ржевский выступ кишел немецкими войсками! Ну-ка, спроси его еще. Что он имеет в виду?
– Отвечайте точно, генерал. От этого зависит ваша жизнь, – с угрозой сказал Соколов. – На Ржевском выступе была слишком велика концентрация ваших войск. Как там могли находиться партизаны? Эта ваша акция проводилась в рамках операции «Бюффель»?
