– После того, как получил диплом, я практически сразу устроился на работу аудитором. Недавно мы получили крупный заказ на аудиторскую проверку, достаточно крупной организации и теперь приходится работать практически сутками, – он говорил это жутко монотонным голосом, – хоть я и работаю всего несколько месяцев, меня выбрали в команду из четырех человек для проверки этой организации. Теперь меня недолюбливают, но они сами должны были лучше работать. Я все делал по инструкции и добросовестно проверял отчеты, перед тем как отдать руководству на проверку. Остальные недостаточно старались и поэтому выбрали меня. Особенно это злит тех, кто проработал там несколько лет. А я совсем ничего, и меня уже выбрали.
Слушая его речь, которая нагоняла тоску не только на меня, но и на остальных, я стала понимать Джину. Он и правда зануда.
Объевшись, мужчины снова вернулись на диван продолжать просмотр футбола, я посмотрела на маму, которая оживленно разговаривала с Хизер.
– Мама, у меня есть для тебя кое-что, – и я протянула ей завернутый в цветную бумагу подарок.
Она быстро распаковала его и озадачено посмотрела на скатерть.
– А других рисунков не было, что ли? Опять такая же, – нахмурилась мама.
– Ты же любишь старую скатерть, поэтому я и купила тебе точно такую же. Хизер тебе три года назад покупала с другой расцветкой, но ты ей не пользуешься, – в недоумении смотрела я на маму.
– Точно! Вот какую скатерть я постелю на следующий год! Ту, что мне подарила Хизер, – она встала из-за стола и вышла.
Можно было хоть «спасибо» сказать. Я никогда не смогу ей угодить. Стало так тоскливо. И в этот момент в гостиную зашла мама. Мимоходом она взглянула на бокалы мужчин.
– Берт, тебе надо продлить ещё сидр? – ласково спросила она его.
– Нет. Спасибо. Мне и одного стакана будет достаточно, лучше клюквенный пунш, если есть.
– А у нас его нет, – мама с оправдывающимся видом посмотрела на Берта, – но не переживай, Полин быстро его сейчас приготовит.
Я посмотрела на маму, которая держала в руках подаренную сестрой скатерть. Молча встала и направилась на кухню готовить пунш. Я включила полный чайник воды, достала из холодильника имбирь и лимонный сок. Затем большую чашу для пунша, положила в него сахар, ложечку мяты и имбирь. Как только закипел чайник, вылила кипяток и добавила лимонный сок. Теперь осталось немного подождать, чтобы он настоялся. Все свои действия я выполняла как замороженная.
На телефон пришло сообщение от Джины «С Днем благодарения!» и фотография, на которой она вместе со своей семьей за столом со счастливыми улыбками на лицах. Мне стало не по себе. Я завидовала ей. Мне тоже хотелось, чтобы и у меня была такая дружная семья, как и у нее. От нее снова пришло сообщение «В этом году, как и предыдущие годы, я благодарна тебе за то, что ты выбрала меня в качестве свой подруги, потому что ты хорошая и отзывчивая». И тут я не выдержала и заплакала. Семейный праздник, который должен всех объединять, поддерживать и принимать нас такими какие мы есть, а по факту всё, наоборот.
Через пятнадцать минут я взяла себя в руки и держа чашу с пуншем пошла в гостиную. Налила в бокал для горячих напитков пунш и протянули Берту.
– Я пойду в комнату, прилягу. Так объелась, что устала, – сказала я ему с надеждой в голосе.
– Хорошо, сладенькая. Отдыхай, – равнодушно заключил он.
Да уж! И от этого «сладенькая» меня начинает мутить. Он обнял меня только один раз и всё. За весь вечер мы не перекинулись с ним и парой фраз, не считая «Передай мне пирог» и подобные фразы.
Поднявшись в свою комнату, я легла на кровать и скомкала подушку. Меня душила обида на маму, зависть материнской любви к сестре и разочарование в Берте. Хватит! Сколько можно! Начинаю все с начала. Теперь я открыта новому, а со старым надо прощаться.
Динь-Динь! Известил меня телефон. Наверное, это сообщение от Джины.
«Привет, арестант! Лежишь брюхом к верху и подсчитывает калории от съеденного?»
Колин?!
«В кому впала от переедания?».
Я вспомнила, как спокойно я чувствовала себя, когда мы танцевали. И его губы. И приятный запах, исходивший от него. И я отправила ему сообщение.
«Привет! Не отвечала тебе, потому что делала укол».
«Родственнику? Кому-то стало плохо?».
«Нет».
«Себе? Ты заболела?».
«Да».
«Что за болезнь?».
«Триппер, забыл, что ли?».
«А я свой сделал час назад».
Забавный он. Я села на кровати и от него снова пришло сообщение.
«Все выходные планируешь остаться дома?».
«Нет, завтра возвращаюсь в колледж».
«Я тоже. У меня есть незаконченное дело».
«Что за дело? Долги по учебе хочешь подтянуть?».
«Приходи и сама увидишь».
Даже не знаю, что ему на это ответить. Странно, но с одной стороны мне хочется узнать, что за дела у него, а с другой это не совсем правильно по отношению к Берту.
«Ладно, можешь не отвечать. Я буду с трех до шести по адресу: ул. Эдисон, 2148, зеленая дверь справа».
Я знаю это здание, но что в нем находится меня никогда не интересовало. Теперь меня распирает любопытство.
