— И да, и нет. Ты сказал мне, что уезжаешь, но не сказал, куда. Ты говорил Мисси, или, может, Джейку, что-то насчёт Багам. Я просто сложил два и два.
Я понимающе кивнул. Мы вошли и быстро заняли столик, хотя и наступало обеденное время, и посетителей было много. Затем мы оба заказали себе стейк, салат и ледяной чай. Джон сказал, что он на службе и не может пить. Я пошутил, что не на службе и могу пить, если захочу, но затем всё равно заказал чай. Не было причин вызывать смущение у моего друга.
Когда официантка ушла, он поглядел на меня и спросил:
— Как твоя рука?
— Моя рука? Моя рука в порядке. С чего ты заговорил об этом?
— Порез у тебя на руке и швы. Вот с чего.
— Как ты об этом узнал? — я округлил глаза.
Он сунул руку под пиджак и вытащил оттуда вчерашний номер Baltimore Sun, местного отделения. Надпись на передовице гласила: «Местный герой предотвращает ограбление, задержав багамских убийц!».
— Какого чёрта?! — воскликнул я, глядя на Джона.
— Вот и я сказал то же самое! — ответил он.
Я проглядел газету. Ассоциация Печати просто взяла статью из Nassau Guardian и напечатала её в местных новостях. Sun, конечно, сделала то же самое. Им это было ненапряжно: местный парень делает добро, вот и всё. Я быстро пробежался по статье, в основном это было переложение оригинала, вышедшего в понедельник.
Я снова поглядел на Джона и покачал головой.
— На деле всё было не так, — я сложил газету и протянул ему.
— Нет, — отказался Джон, — возьми одну для своего архива. У меня для своего уже есть.
— У тебя есть архив?
— Конечно, я помещаю туда все записи о моих клиентах, которые вступают в барные драки и попадают в тюрьму.
— Может, тебе стоит также собирать записи о юристах, которые занимаются клоунадой, — парировал я.
— А ты застраховал свою жизнь? — фыркнул Джон. — Может, мне найти тебе брокера?
— Ого! — засмеялся я. — Твоя жена все эти дни кормила тебя сухими хлопьями? Ты говоришь прямо как старый пердун!
— Я просто не хочу, чтобы мои оплачиваемые часы были сокращены, когда ты окажешься в морге! — мы оба рассмеялись, а затем он спросил, — Итак, расскажи мне, что же там случилось на самом деле.
— Всё далеко не так героично, — я пожал плечами. — В субботу ночью мы с Мэрилин отправились в марафон по барам – в смысле, мы же были в отпуске, так? – и затем оказались в одном месте. Милое местечко, чуть безумное, но в хорошем смысле. Когда я пошёл в уборную, там была девчушка, лежащая на стойке, пока её бойфренд выпивал из её пупка.
Джон закатил глаза.
— Даже не знаю, вызывает это у меня зависть или отвращение. Прошу, пожалуйста, не говори мне, что вы с Мэрилин сделали так же.
— Нет, — засмеялся я, — но мы запомнили это на следующий раз. Так или иначе, иду я в сортир, а когда выхожу, там уже две парочки занимаются этим...
— Голыми?
— Нет, это всё же не так безумно. И вот я гляжу на них, и тут слышу, как вопит Мэрилин. Я поворачиваюсь – и вижу чёрного парня, который бежит в мою сторону, сжимая кучу сумочек, включая её, ну и я остановил его...
— Отправил в больницу.
Я проигнорировал замечание.
— ...а затем его два его дружка, тоже ворюги, подошли ко мне, так что я остановил и их. Я не пытался искоренить преступность. Я просто услышал крик Мэрилин. Ты бы сделал то же самое.
— Ага, как только убедил бы Хелен пойти в бар и выпил бы с её тела.
Я ухмыльнулся на это. Пару раз я встречался с Хелен Стейнер, когда я был в Explorers, вместе с Джоном и Аланом, и хоть Хелен была очень милой дамой, она явно не была создана для выпивания из её пупка.
— Когда сделаешь это – пришли мне фото!
— Тогда мне самому понадобится юрист, — улыбнулся он, — юрист по разводам, — он полез в портфель и вытащил бумагу. — Мне звонил твой отец.
Я вздохнул. Это легко было предсказать. Сколько я знал свою семью, они всегда получали Sun, и мой отец всегда читал местные новости. Хэмильтон тоже, а вот мама со Сьюзи – как я сообразил, задумавшись теперь – меньше. Я кивнул, но ничего не сказал.
— Он спросил, говорил ли я с тобой в последнее время.
— И ты сказал?..
— Он знает лишь то, что ты – один из моих клиентов, — покачал он головой. — Даже если оставить в стороне профессиональную этику и тайну разговора с клиентом, я не хочу встревать в ваши внутренние проблемы. Ты должен разобраться с этим сам. Я сказал ему позвонить тебе и дал ему твой номер телефона.
Я лишь грустно кивнул.
— Я знаю. Сьюзи говорила нам то же самое. Она сказала, что отец время от времени спрашивает обо мне, но боится спросить что-нибудь при маме или Хэмильтоне. И она тоже дала ему мой номер. Какого чёрта я должен делать, Джон? Он не хочет звонить мне даже из офиса. Думаю, он боится, не узнает ли мама, что он всё ещё считает, будто у него двое сыновей.
— Здесь я ничего тебе не отвечу, Карл.
Мы закрыли эту тему, и остаток ланча я рассказывал ему о поездке и нашем времяпровождении. Он был весьма впечатлён нашим ужином с клубом «Кто есть кто на Элеутере», хотя я и напомнил ему, что это очень маленькое место. Затем мы поговорили о собственности и будущем строительстве.
— Итак, — спросил я его, — ты знаешь каких-нибудь хороших строителей?
