— Я… хм, — сохраняю тишину пару секунд, пытаясь отважиться на сообщение данной новости. — В общем, мама сошлась кое с кем, и этот мужчина со своим сыном вроде как переехали, теперь в доме нас четверо, не учитывая Тоффи, — под конец пытаюсь пошутить, чтобы сгладить обстановку, но это не помогает.
— Вот как, — отстранённо отвечает отец, пытаясь придать голосу равнодушный тон. — Понятно. И как ты с этим справляешься? В смысле всё так быстро и ты только переехала, — пытаясь отвлечься, что заметно невооруженным взглядом, интересуется папа.
— Мм… нормально, — говорю, подыскивая новую тему для разговора. — Как твоя работа? Всё наладилось?
— Да… - отвечает он, явно потускнев, — всё нормально.
Сворачиваю со своей улицы, пытаясь припомнить, где мы с Эмили завтракали день назад, чтобы там выпить чая и перекусить выпечкой, раз уж поужинать в доме нет возможности. Всё это время занимаю папу разговором, пытаясь увести от мыслей о матери с её женихом.
— Ладно, милая, мне пора, ещё очень много дел. Я позвоню тебе, когда буду свободен, хорошо? — предлагает отец.
Улавливаю в его голосе задумчивые нотки, с сожалением осознав, что не смогла помочь, поэтому мне остается лишь согласится и спрятать мобильник в карман куртки.
Отыскав то самое кафе, захожу внутрь, чтобы сделать заказ. Я беру горячий чёрный чай, хотя предпочитаю в последнее время зелёный, и ванильный кекс.
Я усаживаюсь за свободный столик, которых здесь довольно много. Грызу свой кекс в одиночестве, запивая его чаем, и смотрю в окно, разглядывая проходящих мимо людей. Странная отстранённость охватывает тело, медленно перетекая в апатичное состояние, но радует то, что характерные боли не возвращаются.
Сзади на двери звенит колокольчик, оповещающий о новом посетителе. Я лениво оборачиваюсь назад, безразлично рассматривая вошедшего, и узнаю Бодвара, который подходит к кассиру, чтобы сделать заказ. С интересом наблюдаю за преподавателем, который, осматривает полупустое кафе, затем расплачивается, забрав свой напиток и что-то из выпечки в бумажном пакете. Повернувшись к залу, историк оглядывается в поисках свободных мест. Заметив меня, он улыбается своей коронной и без слов направляется в мою сторону.
— Ева, — здоровается он, присаживаясь напротив меня, — ужинаешь чаем? Не слишком хороший вариант.
Я, слегка удивлённая его появлением за столиком, но теряющая хватки, отвечаю:
— Кофе тоже так себе, — указав на его бумажный стакан, говорю я.
Делаю глоток чая, тут же жалея, что выгляжу действительно ужасно. Ну, почему я не потрудилась хотя причесать волосы, а пошла в этом ужасном растрёпанном пучке?
— Согласен, — кивает Бодвар, глотнув кофе. — Как выходные?
— Ужасно, — легко отвечаю я и поддерживаю беседу, — а ваши? Уже успели разбить пару сердец вашими историческими знаниями.
— Не думаю, — усмехнувшись, отвечает Бодвар. — Сейчас исторические знания затмила поэзия, хотя много забывают, что литература — это часть истории, — замечает он, подмигнув мне.
— Почему вы ужинаете здесь, неужели ваша девушка не умеет готовить? — аккуратно интересуюсь я, пытаясь понять происходит ли сейчас то, о чём я думаю.
— Если бы я искал девушку, то это был первый критерий, по которому она проходила отбор, — отвечает Бодвар, чем заставляет меня рассмеяться.
Я делаю ещё пару глотков из стакана, с огорчением осознав, что чай закончился, а значит и пребывание вместе с Бодваром тоже.
— Мне, наверное, пора, — отвечаю, складывая остатки моего ужина в бумажный пакет, чтобы выкинуть в мусорную корзину на улице рядом с кафе.
Поднимаюсь из-за стола, отряхнув куртку от невидимых крошек и беру пакет, готовясь попрощаться с историком.
— Я могу проводить тебя до дома, — неожиданно предлагает мужчина, отчего удивлённо вскидываю брови, а он смущённо улыбается, но выжидающе смотрит на меня.
— Конечно, — соглашаюсь, удивлённая таким поворотом событий.
Выйдя из кафе, выкидываю мусор, а Бодвар, сжимая в руке стакан с кофе и пакетик с выпечкой, стоит у двери, дожидаясь меня.
— Не стоит ходить одной ночью, это большой город, мало ли что случается в темноте, — сомнительно поясняет свое предложение историк, при этом всё ещё улыбаясь мне.
Кивком соглашаюсь, чувствуя некоторую неловкость, которую Бодвар разбавляет диалогом.
До дома мы доходим спустя некоторое, хорошо проведённое время, — я, справившись со смущением, смогла поддержать разговор и наконец расслабиться.
Оказавшись у моей калитки, где стоит припаркованный автомобиль, Бодвар с интересом окидывает его взглядом, поинтересовавшись:
— Твоя машина?
— Мм… нет, — отвечаю, бросив взгляд за его спину.
— А чья? — спрашивает учитель.
Я не успеваю ответить, заметив знакомую золотистую шерсть пса, трусцой бегущего на поводке, а чуть дальше него Шистада, который увидев меня и Бодвара, удивлённо вскидывает брови. Нахмурившись из-за моей реакции, мужчина оборачивается, также рассмотрев Шистада, и слегка теряется, вновь повернувшись ко мне.
— Мне пора. Увидимся в школе.
