Я ничего не отвечаю, приглаживая слегка растрепавшиеся волосы. Я так зла, что как дикая кошка могу броситься на мать, но та спешит удалиться, напоследок сказав парню:
— Отличный костюм.
Стук её каблуков по лестнице оповещает о том, что её вмешательство в моё личное пространство закончилось, и я тяжело выдыхаю через нос, чувствуя, как всё внутри закипает от негодования.
— Вот это у вас тут потасовки, — выдает Крис, криво усмехнувшись. — Минус одна фантазия.
—Отвали, — грублю я, обернувшись на парня. — И ты туда же?
Я рассматривая его черный костюм и белую рубашку, верхние две пуговицы которой расстёгнуты и открывают вид на белоснежную кожу шеи и выемку ключиц. Волосы у него слегка зачёсаны назад, но некоторые пряди всё равно ниспадают на бледное лицо. В костюме и без синяка он выглядит прилично и даже симпатично, но я тут же отвожу взгляд, чувствуя, как Шистад рассматривает моё лицо.
— Проще согласиться, чем остаться без волос, — намекает брюнет, ухмыляясь.
— Ты что-то хотел? — с иронической улыбкой интересуюсь я, всё ещё не поднимаясь с места.
— Будь я на твоем месте, я бы поторопился, — указав на запястье, где должны быть часы, произносит Шистад, уперевшись спиной в стену.
Я бросаю взгляд на время в углу экрана ноутбука и понимаю, что мне и правда нужно спешить, чтобы вновь не попасть под горячую руку матери. Нехотя поднимаюсь со стула и иду по направлению к шкафу, чтобы выбрать что-то подходящее для ужина.
— Что наденешь? — спрашивает Шистад, слегка подавшись вперед и рассматривая содержимое моего гардероба.
— Не твоё дело, свали, — бросаю через плечо, отодвигая вешалки с неподходящими нарядами. Замечаю прекрасную черную ткань и ощупываю одежду, а мой внутренний демон слегка приподнимает голову и удовлетворённо кивает. — Мне нужно переодеться, — с нажимом говорю Шистаду, при этом улыбаясь уголком рта. Чувство мести подогревает органы внутри и заставляет настроение подняться на пару ступеней. Она сама хотела, чтобы я пошла, так пусть получает.
— Я не против, — самодовольно заявляет парень, глазами пробегаясь по моему телу, отчего меня передёргивает.
— Уходи, — грубо говорю я, на что парень поднимает руки, признавая своё поражение, и выходит из комнаты, оставляя дверь открытой.
Выуживаю шёлковую черную ткань из шкафа, с удовлетворением представляя лицо матери, когда она увидит мой наряд, и демон в душе радостно хлопает в ладони. Снимаю с себя домашнюю одежду и надеваю чёрный лифчик, натягивая сверху кофту со свободными руками-фонариками. Декольте не слишком глубокое, но в дополнении с открытым животом выглядит очень эффектно. Облачаюсь в черную длинную юбку, которая выгодно обтягивает формы, а разрез до середины бедра демонстрирует бледную полоску кожи правой ноги. Подойдя к столу, достаю косметичку и зеркало: маскирую синяк и рисую аккуратную стрелку, слегка подвожу губы помадой оттенка «мускатный орех» и убираю волосы в небрежный пучок, выпустив несколько прядей. Весь процесс занимает у меня практически сорок минут, что ещё больше радует меня, ведь для переодевания времени не остаётся. На ноги обуваю босоножки, а сверху накидываю кремовый плащ, надеясь, что не замерзну, ведь одета я явно не по погоде, но месть того стоит. Последний раз разглядываю себя в зеркало, оставаясь довольной, и запахиваю полы верхней одежды, чтобы оставить наряд сюрпризом вплоть до ресторана. Когда поднимаюсь наверх, то вижу, что все уже стоят у входа, ожидая меня. Я тщательно игнорирую раздражённый взгляд матери, даже не скользнув по ней глазами, и встаю отдельно ото всех, скрестив руки на груди.
— Идем, — будто не заметив неловкой паузы, говорит Томас, улыбнувшись своему отражению в зеркале, и открывает дверь, пропустив маму вперед.
Дорога до ресторана занимает минут двадцать. Пока мы едем, мать трижды поправляет причёску и дважды спрашивает у Шистада-старшего, как она выглядит, на что он отвечает «прекрасно» оба раза, не отрывая взгляда от дороги.
