— И что? — выдаю я, сама понимая, что мои слова звучат глупо, но отступать не собираюсь. — Может, я хотела этого,— смотрю в глаза Криса, сама не зная, зачем вру. Ничего я не хотела: этот придурок сам полез, но признаться в своей глупости Шистаду я точно не могу, поэтому продолжаю спектакль. — Это не твое дело, так что, будь добр, отвали от меня и не лезь в мою жизнь.
Не дожидаясь ответа и стараясь не смотреть на брюнета, поправляю безнадёжно испорченный слой помады, затем отрываюсь от раковины и иду на выход. Я права: это действительно никак его не касается. Так зачем он постоянно суёт свой нос в мою личную жизнь?
До своего места за столом я добираюсь как в тумане и, усевшись на стул, отодвигаюсь подальше от Магнуса, который вновь невозмутимо ведет разговор с отцом и Томасом. Через пару минут возвращается и Крис, лицо у него спокойное, не выражает никаких эмоций, но скривившиеся губы выдают раздражение. Ну и пусть. Я делаю ещё глоток виски. Это не его дело.
Вечер, видимо, заканчивается хорошо, потому что мать и Томас выглядят чересчур довольными, прощаясь с этой невыносимой семейкой. Стремление Шистада быть отличным сыном немного меркнет, и он сдержанно пожимает руку бизнес-партнеру отца и его сына. Официант помогает мне надеть плащ, который я запахиваю с огромным облегчением, словив последний косой взгляд Магнуса. Домой мы едем в менее напряженной обстановке, потому что взрослые обсуждают ужин в приподнятом настроении, но на заднем сидении сидеть просто невыносимо. Крис отвернулся к окну с равнодушным видом, но чувство вины перед ним тяжелым грузом висит у меня на сердце. Алкоголь уже успел выветриться, и я понимаю, что стоило поблагодарить Криса, а не кричать, но что было, то было. Тем более, я права насчёт его навязчивой идеи о вмешательстве в моё личное пространство.
Только перейдя через порог дома, я стаскиваю босоножки, слегка разминая затекшие от каблуков ноги, и краем глаза наблюдаю за Шистадом, который расшнуровывает свои ботинки. Мать с Томасом идут на кухню, чтобы продолжить обсуждение удачной сделки, а я слегка кусаю губу, пытаясь собрать мысли в кучу, чтобы как-то объяснить произошедшее в ресторане.
— Крис, — чуть подавшись вперёд, шепчу я, чтобы взрослые не услышали разговор. Парень игнорирует меня, отставляя ботинки в сторону и, выпрямившись, разворачивается, чтобы уйти.
— Погоди, — хватаю его за локоть, ощутив легкую влагу на пиджаке после моросящего на улице дождя. Прямой взгляд глаза в глаза, не выражающий ничего, кроме раздражения, утыкается прямо в меня, окатив отрезвляющей волной.
—Отпусти, — сквозь зубы произносит он.
— Я… я, — запинаюсь, растерявшись от такого тона.
— Я, блять, сказал: отпусти, — он с силой дергает руку, хотя этого и не требуется, а затем смотрит на меня сверху вниз, отчего чувствую себя очень неуютно.
Крис приоткрывает рот, чтобы сказать какую-то колкость, но, передумав, отворачивается и просто уходит, оставив меня, растерянную, одну в коридоре.
И что это было?
========== Глава 8 ==========
Комментарий к Глава 8
💜
Приятного чтения))
― Слишком рано, ― мучительно произношу я, едва разлепив веки.
В глаза тут же ударил яркий солнечный свет, проникающий в комнату сквозь окно и зайчиком падающий мне на лицо. Я отворачиваю голову, свесив руку с края кровати, и жмурюсь, пытаясь таким образом хоть немного сфокусировать зрение. Состояние откровенно паршивое, поэтому растираю лицо, а в голове пульсирует мысль о том, что виски не лучшее окончание вечера. Со стоном отрываюсь от постели и тянусь к телефону, чтобы узнать который час, ведь мой организм с удовольствием продолжит отдых, если сейчас не раньше девяти. Мобильник не включается: наверное, разрядился вчера вечером, а поставить его на зарядку я забыла. На ощупь нахожу на столе зарядку и подключаю к телефону, ожидая, когда он загрузится. Нехотя усаживаюсь на кровати, опустив ноги на пол и накрыв спину всё ещё тёплым одеялом; в комнате прохладно, поэтому слегка ёжусь, затем зеваю и в нетерпении смотрю на загорающийся экран. В голове пусто ― не могу решить, плохо это или хорошо. Наконец система начинает работать, и цифры на дисплее говорят, что сейчас только шесть утра, а я могу вернуться в кровать и проспать ещё три. Сглатываю вязкую слюну, ощущая засуху во рту после выпитого алкоголя: сушняк ― одна из моих проблем в таких делах. Обматываюсь одеялом, придерживая его края у груди, и поднимаюсь по лестнице на кухню, чтобы выпить воды и утолить жажду. Краем глаза смотрю на Тоффи, который тоже следит за мной, приоткрыв глаза. Но собака не встает, видимо, слишком рано для прогулок. Стараюсь двигаться как можно тише, чтобы не разбудить Шистада или мать с Томасом: не хочется с самого утра попадать в очередной скандал, будь это ссора с матерью или с Шистадом, который, вспоминается у меня в голове, обиделся вчера вечером. Фыркаю себе под нос при мысли об этом и, вернувшись к инциденту, решаю, что мириться нам не стоит: я попыталась — он не захотел, тема закрыта.
