Я киваю и иду за ним, слегка остудив пыл. Мы вместе занимаем пространство под навесом, и Бодвар опускает свой портфель и встряхивает чёрные, всё равно намокшие кудрявые волосы. Вода ручьями стекает по моим потемневшим прядям и пальто, отчего я вздрагиваю, почувствовав холод.
― У тебя всё в порядке, или ты просто так решила уйти пораньше с занятий? ― с интересом разглядывая меня, спрашивает историк. Я как-то неоднозначно пожимаю плечами, не зная, что ответить, поэтому предпочитаю молчать.
― Может, тебя отвезти домой? ― участливо предлагает он. Я закусываю губу, пытаясь разобраться в мотивах внимательного историка, но в голову ничего не лезет. ― Ты вся промокла, а у меня в машине есть обогреватель. Идти куда-то под таким дождем приравнивается к самоубийству, ― приводит аргументы он, всё ещё ослепительно улыбаясь.
― Да, хорошо, ― сдаюсь я, натянуто улыбаясь в ответ.
Бодвар удовлетворённо кивает в ответ и сообщает, что будет ждать меня у центрального корпуса через пятнадцать минут.
Запихав необходимые вещи в мокрый рюкзак, я выхожу на улицу, где уже стоит машина Бодвара. Он открывает мне дверь, не выходя из автомобиля, и рукой подзывает к себе. Я стягиваю мокрое пальто, которое историк тут же бросает на заднее сидение, и, всё ещё стоя, стягиваю влажные волосы в пучок, чтобы не испачкать салон чужого автомобиля. Залезаю в машину, потянув дверь на себя, и пристегиваю ремень безопасности. Бодвар внимательно наблюдает за моими действиями, даже не поморщившись от того, что мокрая девушка сидит в его машине, как сделал бы любой другой мужчина на его месте. Когда я наконец занимаю удобное положение, он тоже пристёгивается и спрашивает:
― Так, куда тебя везти?
Я кусаю губу, вспоминая о том, что точно не хотела бы сейчас оказаться дома, несмотря на то, что чувствую себя просто ужасно в сырой одежде. Ещё слишком рано, и матери нет дома, но всё равно не хочу возвращаться в её обитель. Наверное, всё же стоит вернуться к первоначальному плану и остаться в кафе до вечера, а потом соврать, что делала совместный проект допоздна. Открываю рот, чтобы сообщить адрес кафе, но дверь с моей стороны дергается и резко распахивается. Я удивленно смотрю на материализовавшуюся чуть ли не из воздуха фигуру и тут же раздраженно хмурюсь.
― Вылезай из машины! ― холодно приказывает Шистад.
Его чёрная футболка прилипла к телу от дождя, а тоненькие ручейки текут по прибитым к голове волосам. Грудь парня равномерно вздымается, лицо непроницаемо, но по сжатой на двери автомобиля ладони можно догадаться, что Шистад раздражён.
― Закрой дверь, ― не контролируя свой тон, кричу в ответ, совершенно не понимая, зачем он снова лезет в мои дела.
― Я сказал: вылезай из машины, ― повышая голос, говорит Крис, при этом даже не глядя на меня. Его потемневшие глаза прикованы к Бодвару, который, немного прищурившись, смотрит в ответ на ученика. ― Вылезай немедленно, или я вытащу тебя силой, ― угрожающе говорит он, продолжая сверлить взглядом историка. В его глазах читается откровенная угроза, но мне абсолютно плевать на его приказы.
― Отвали от меня, ― злобно шиплю я, и в следующий момент рука Шистада смыкается на моём предплечье и силком тянет меня наружу. От неожиданно применённой силы я поддаюсь и оказываюсь на улице. С силой дергаю рукав, но Крис сильно сжимает конечность, не давая выпутаться из его хватки.
― Где твоё пальто? ― грубо говорит он, угрожающе подавшись навстречу машине. Бодвар, предпочитающий молчать и лишь сверлить взглядом, подобным неприязни, тянет руку и достает мою верхнюю одежду с заднего сидения. Крис с злостью вырывает вещь из рук учителя и пихает мне. ― Вам пора, ― скривившись, произносит он, разглядывая мужчину сверху вниз.
Я злобно смотрю на Криса, лишь краем глаза замечая, как он с громким хлопком закрывает дверь автомобиля, и машина трогается и за пару секунд исчезает из поля зрения.
― Что это… ― начинаю я, но Шистад, всё ещё не отпуская мою руку, поднимает свободную ладонь в останавливающем жесте:
― Просто закрой рот.
Я замолкаю, поняв, что сейчас действительно лучше не раздражать парня, ведь выглядит он так, будто может прямо сейчас хорошенько тряхнуть меня за плечи. В несколько секунд мы добираемся до парковки, где стоит автомобиль Шистада. Он нажимает кнопку на брелке и открывает дверь пассажирского сидения для меня. Я залезаю, всё ещё прижимая мокрое пальто к телу, и чувствую, как волны раздражения вибрируют под кожей. Шистад с хлопком закрывает дверь и вставляет ключ в зажигание, но машину не заводит, пару секунд пялясь перед собой.
― Ну и какого черта это было? ― не выдержав, взрываюсь я, крутанувшись на месте. Шистад обхватывает руль руками, нарочито медленно поворачивая голову в мою сторону.
― Закрой свой маленький рот и послушай меня, ― елейно произносит он. ― Если я ещё раз увижу тебя в компании этого урода, то откручу твою миленькую рыжую головку, ― он смотрит прямо мне в глаза, и в его потемневших радужках я замечаю неприкрытую злобу, которая вот-вот готова, словно цунами, обрушиться на меня. ― Поняла?
