Я уже ее не слушал. Да, мне нравилась Милли. Более того – я хотел быть с ней. Даже… любил. Но никак не мог ее понять. Наивная? Недостаточно знающая жизнь? Или просто глупая, хотя как раз глупой Милли никогда не считал? Может, она права, и я воспринимаю беды студентов как собственные? Да, это так. И что с того? Возможно, куратор должен относиться к студентам иначе, но мы давно уже как семья. И я не предам их. И не позволю так с ними поступать. А первокурсники должны усвоить урок.
Значит, меня поджидают под дверью? Что ж, пойдем побеседуем. Я неторопливо поднялся на второй этаж. У двери и правда маячили трое – Рития, Квинс и Рикард. Как и ожидал, истинные зачинщики не решаются идти на поклон.
– Профессор Дагеор, – шагнул ко мне Квинс. Вот кто будет договариваться. Хоть и знает, что его ментальная магия на меня не действует. Ему достался ярко-розовый пятачок в фиолетовую крапинку. И длинный львиный хвост.
– Зачем пожаловали? – остановился я у двери и достал из кармана ключ.
– Извиниться, – пролепетала Рития.
– Что? Я что-то не расслышал.
– Извиниться, – чуть громче сказала девушка. – Мы… были не правы вчера. Поступили… некрасиво.
– Некрасиво? – повернул ключ в замочной скважине.
– Да, – Рития опустила голову. – Мы просто…
– Это было подло, – перебил однокурсницу Квинс. – Мы все поняли. Уберите свою иллюзию, пожалуйста. Обещаю, больше никаких стычек со вторым курсом по нашей вине.
– Можем и перед ними извиниться, – вмешалась Рития.
Рикард только молча кивнул.
Извиниться перед ребятами? В качестве воспитательного средства подойдет. Тем более что для этого первокурсники действительно должны были многое переосмыслить. Согласиться? На этот раз можно.
– Хорошо, идем извиняться, – кивнул я.
Студенты переглянулись и гуськом потянулись следом.
Мне не верилось, что они и правда извинятся. Все время чудился какой-то подвох. Но я нацепил на лицо благостную улыбку, разыгрывая доброго дяденьку, который все готов простить нерадивым студентам за исправление.
Первым нам на пути встретился Джем. Даже за черными стеклами очков я почувствовал его взгляд, лучащийся ненавистью.
– Джемин, попроси всех, пожалуйста, собраться в вашей комнате, – елейным голосом попросил я.
Первокурсники переглянулись. Моя смена поведения не осталась для них незамеченной. Но промолчали, не решаясь спорить. А Джем кивнул и пошел к двойняшкам. Я же постучал в двери Регины.
– Профессор Аль? – змееволосая студентка замерла на пороге в простеньком домашнем платьице.
– Мы по делу, – подмигнул я. – Проходите.
Регина перевела взгляд на первогодков – и помрачнела, но разрешила студентам войти в комнату.
Хозяйка села на диванчик.
– Присаживайтесь, профессор Дагеор, – чопорно произнесла она.
– Благодарю, – занял место рядом с Региной. – Сейчас Джем соберет остальных, и поговорим.
– Чувствую, разговор будет долгий, – Регина так посмотрела на первокурсников, что те отвели взгляды.
От дальнейшего противостояния всех спасло появление Джема, двойняшек, Микеля, Дени, Дара и даже Рамона. Никого не забыли.
– Все в сборе. Отлично, – сказал я. – Первый курс, вам слово.
В комнате повисла тишина. Такая плотная, что, казалось, ее можно потрогать рукой. Да, просто натворить дел – и так нелегко извиниться. Но я не собирался отступать:
– Ну же, мы ждем.
– Извините, – пробормотала Рития.
– За что? – картинно изумился Кертис. – Мы вроде бы не ссорились.
– За украденную постановку, – присоединился Квинс. – Мы просто хотели… чтобы вы проиграли. Нам жаль.
– Ага, простите, – закивал Рикард. – Некрасиво получилось.
Мои ребята продолжали молчать. Я начал опасаться, что зря привел сюда первокурсников и примирения, пусть и для галочки, не будет, когда поднялась Кэрри.
– Ну что же, – взрывашка тряхнула каштановой копной волос, – мы вас услышали. Послушайте и вы нас. То, что вы вчера сделали, подло. Это уже не противостояние двух групп. Это – мерзость.
– Но вы же выкрутились, – пробасил Рикард, а Рития и Квинс глянули на него так, что силач замолчал.
– Выкрутились. Поэтому будем считать, что ссора исчерпана, – ответила Кэрри с видом правительницы и покосилась на Дара. Тот с улыбкой наблюдал за ней. Неужели и принц неровно дышит к взрывашке?
– Что ж, рад, что все разрешилось, – я понял, что пора заканчивать представление. Снял закрепители с заклятия, и пятачки с хвостами исчезли. Первогодки едва сдержали вздох облегчения, а Рития даже расплакалась.
– Надеюсь, такого больше не повторится, – сказал напоследок. – В следующий раз я поставлю вопрос об отчислении, поэтому делайте выводы.
– Спасибо, – пролепетала Рития.
Студенты поспешили исчезнуть из комнаты, и только тогда мы с ребятами рассмеялись в едином порыве, весело и беззаботно. Хорошо все то, что хорошо заканчивается. Не помню, кто впервые произнес эту фразу, но сейчас она была как никогда кстати. Хотя оставались еще двое, которые гордо носили пятачки и не собирались признавать ошибки. Что ж, я никого не неволю. А понятия о красоте у каждого разные.
– Ваши методы, как всегда, на высоте, профессор Аль, – сказала Регина. – Мы не думали, что у них хватит духа извиниться. Удивительно!
