Я также в долгу перед моей нынешней семьей. Это моя жена Каарен, сын Энди и его жена Дженни, брат Дженни, Джейсон, и двое моих внуков — Ханна Рут и Сорен. Они окружили меня любовью и поддержкой, а также помогли понять, что существует бесконечное множество способов распознавания и выражения эмоций без использования слов в разные периоды развития и в разных ситуациях. Я почерпнул много полезного, наблюдая за своими внуками и замечая, как их примитивные навыки невербального общения совершенствуются с каждым годом. Но именно Каарен была тем человеком, который обеспечивал мне стабильность и поддержку, когда я особенно остро в них нуждался. Когда мне требовалась честная и конструктивная критика или рука помощи любящего человека, я всегда обращался к ней и только к ней.
Свой первый формальный опыт в изучении невербальной коммуникации я получил, когда проходил интернатуру по клинической психологии в Медицинском центре Университета Дьюка. Мои клинические руководители Роберт Карсон и Дерек Шоуз познакомили меня с теоретической и клинической работой Гарри Стэк Салливана, чьи научные поиски были сосредоточены на взаимоотношениях между людьми и роли невербальной коммуникации в их развитии или угасании. Благодаря стажировке под руководством Карсона и Шоуза я стал более восприимчив к информации, которой мы с моими клиентами обменивались во время сеансов психотерапии, используя жесты, тон голоса и мимику. Эти знания очень пригодились, когда я окончил интернатуру и получил первую и, как оказалось, единственную научную должность в Университете Эмори. Здесь я познакомился с Маршаллом Дьюком, и благодаря общению с ним по-настоящему сформировались и углубились мои представления о невербальной коммуникации.
Результатом сотрудничества с Маршаллом стали научные статьи и книги, в которых мы развивали наши идеи и гипотезы о том, почему одни взаимоотношения углубляются и крепнут, а другие ослабевают и прекращаются. Мы разработали надежные и достоверные способы оценки невербального поведения и описали роль невербальной коммуникации в повседневном общении и в психотерапии. В то время нам повезло привлечь к своим исследованиям еще одного коллегу по университету, Дональда Дж. Кислера, известного ученого-исследователя в области психотерапии, который работал с Карлом Роджерсом, основателем клиентцентрированной терапии. Помимо нашей научно-исследовательской деятельности, мы оказывали консультативные услуги государственным и частным школам, что давало нам возможность наглядно убедиться, какую роль играет невербальная коммуникация в достижении хороших академических результатов и успехов в социальной адаптации. Публичные выступления в таких телепередачах, как шоу Опры Уинфри и утренняя программа CBS «Доброе утро, Америка», в значительной мере способствовали привлечению внимания широкой аудитории к нашим ранним работам. Невозможно переоценить то влияние, которое взаимоотношения с Маршаллом оказали на мою жизнь. Хотя я и являюсь автором этой книги, но его незримое присутствие ощущается на каждой ее странице.
Еще нужно упомянуть о моих взаимоотношениях с моими студентами — выпускниками и старшекурсниками. Я не могу представить свою академическую и личную жизнь без них. Базовые тесты, разработанные для оценки невербальных навыков, — Диагностический анализ невербальной достоверности (DANVA) и Индекс диссемии Эмори[152] (EDI), — это результат сотрудничества со студентами Джоном Картоном (лица взрослых и детей), Александрой Ротман, урожденной Демерцис (детский параязык), Ким Баум (параязык взрослых), Холли Питтерман, урожденной Альтман (позы взрослых). Элизабет Бромли отвечала за разработку шкалы оценки способности к невербальной коммуникации в процессе наблюдений, известной как Индекс диссемии Эмори. Свидетельство того, что их усилия не пропали даром, — успешное использование этих тестов в сотнях исследований, которые обогатили наши знания о роли невербальной коммуникации в отношениях между людьми.
Многие из моих докторантов приняли решение сделать невербальную коммуникацию темой своих диссертаций: Рэйчел Эммирати, Венди Бейли, Джон Картон, Мариетта Коллинз, Эйлин Кули, Дениз Глэнвилл, Марк Хартинген, Лайза Хейман, Джефф Джонс, Том Кэй, Синди Лэнслот, Лорен Максим, Эрин Макклур, Лора Мафсон, Джон Пэддок, Эми ван Бюрен, Карен Шварц и Вирджиния Виклайн. У меня не хватает слов, чтобы сказать, как я им всем благодарен за их усилия и вклад в общее дело.
Мои коллеги также принимали участие в публикации статей и глав по невербальной коммуникации. Особенно хотелось бы отметить Нэнси Блауайз, Кристин Байрон, Уильяма Джентри и Энн Ван Баскёрк. Каждый из них по-своему помогал мне получить новую информацию и глубже понять, как работает невербальная коммуникация в нашей жизни.
