Дома еда не лезет в горло. Моя любимая карбонара остается почти нетронутой. Ссылаюсь на то, что перенервничала перед зачетом. После ужина принимаем вместе душ. Вдвоем. Грозовский снова меня любит. Но в этот раз у меня не получается кончить. Имитирую, надеясь избежать вопросов. Такого со мной еще никогда не случалось. А тут паника еще больше окатывает с головой.
Выйдя из ванной, я плетусь в спальню.
– Я сейчас, сделаю пару звонков, чтобы завтра не тревожили, – целует меня Натан и направляется в гостиную.
Я укладываюсь на постель. Знобит, несмотря на горячий душ и сумасшедшую близость. Сейчас вернется и я ему все расскажу. Нет. Лучше завтра.
Но моим планам не суждено было сбыться. Потому что Натан возвращается в спальню, держа телефон в руках, и замирает в дверях, глядя на меня безумным взглядом. Я сразу понимаю, что он все знает.
Делает пару шагов к кровати и кидает свой мобильник на постель экраном вверх. Фотография. Где меня целует этот придурок. Отрываю взгляд от экрана телефона и смотрю на мужа. Внутри все леденеет.
– Я сейчас все объясню, – говорю охрипшим от волнения голосом.
– А когда ты собиралась мне об этом рассказать? – его голос отдает металлом.
– Это недоразумение. Я все собираюсь с силами, чтобы тебе…
– Ты его знаешь? – от мужчины веет холодом. Меня еще больше трясет.
– Да, то есть…
– Больше ни слова, – говорит он, развернувшись на пятках.
Одевается быстро, скинув халат на пол.
– Натан, дай мне все тебе рассказать. Пожалуйста. Я не виновата. Он сам на меня накинулся. Я не просчитала его действий. Натан, прошу тебя, посмотри на меня, – по щекам текут слезы. Надо было не тянуть с этим и все выложить как на духу сразу, как только он приехала. – Натан, прошу тебя, – молю.
Но он не обращает на меня внимания. Игнорирует. Выходит в гостиную. Я за ним, как хвостик. Хватаю его за руку. Отдергивает. Пытаюсь обнять. Отталкивает так, что я падаю на пол.
– Натан, пожалуйста, – рыдаю.
Сил остается только лишь наблюдать, как он срывает свое пальто с вешалки, обувается и, схватив ключи от машины, быстро покидает квартиру, громко хлопнув дверью. Этот хлопок звучит так ошеломляюще, словно мой мир делит на до и после. Так и остаюсь лежать на ковре посреди гостиной, утыкаясь лицом в пол, сдаваясь истерике.
Я не сразу понимаю, сколько прошло времени с момента ухода Натана. Слезы закончились, накатила жуткая усталость. Захотелось спать. В глаза словно самосвал песка всыпали. После окончания истерики пробилась икота. Кое-как поднявшись на ноги, поплелась в кухню. Плеснула из-под крана холодной воды в стакан и осушила его. Желудок тут же наполнился неприятной тяжестью.
Опустилась на стул и подперла руками голову, упираясь локтями в колени. Один лишь вопрос крутился у меня в голове: “Что теперь будет?”. Почему-то жуткое чувство, что ничего хорошего. Будто начало конца замаячило на горизонте.
Я не знаю, куда уехал Грозовский, что он там себе надумал, к чему пришел. Обидно до глубины души, что он не захотел меня слушать. Ему все понятно. Повесил ярлык и свалил в закат. Молодец. Поступок взрослого мужика. Браво!
Хорошо, что завтра суббота. Не в универ. Иначе я просто не смогла бы соображать адекватно. Хоть и сейчас я не блещу идеями, по крайней мере, этого никто не видит.
Сорваться и уехать к бабушке – первая мысль. Но я ее тут же отметаю. Ее беспокоить уж точно не стоит. Она сразу все поймет. И так последнее время она все больше болеет. Отказывается от госпитализации. За пару месяцев она очень сдала. И это меня беспокоит. Каждый день с ней на телефоне. И с Натаном мы приезжали не один раз. Одно успокаивает, что рядом сиделка, которая за ней приглядывает.
В голове гул. Мысли атакуют одна за другой мой воспаленный мозг. Решаюсь позвонить ему. Душа не на месте. Мне плохо, адски просто. В спальню добираюсь бегом. Хватаю гаджет и набираю номер мужа. Гудки. Один, второй, сброс. Набираю еще раз. Все тот же результат.
Строчу сообщение:
“Давай поговорим. Я все тебе объясню. Я никогда не смогла бы тебе изменить. Натан, прошу тебя! Не наделай глупостей…”.
Нажимаю отправить и телефон издает звук. Сообщение улетело адресату. Как быстро он его прочитает, не знаю. Продолжаю крутить телефон. Не выдерживаю и набираю Артема. Он долго не берет трубку. Но когда я уже хочу сбросить звонок, в динамике щелкает.
– Да, – звучит хрипло. Только сейчас до меня доходит, что в три часа ночи нормальные люди спят.
– Артем, – шмыгаю носом. – Извини, что разбудила. Натан не у тебя, да?
В трубке повисает тишина. Потом слышится шелест, женский голос и шаги.
– Паша? – звучит его голос с сомнением.
– Прости, – закусываю губу, чтобы предательски не разреветься.
– В смысле, не у меня ли Натан? А где он? Не дома? – зачастил.
– Мы поругались. Он оделся и вылетел из квартиры, – отвечаю. – На звонки не отвечает.
– Так, – вздыхает. – Остынет – вернется, – выдает уже спокойнее.
– Ты не понимаешь, Тем, – сглатываю образовавшийся ком в горле. – Я боюсь, что он захочет мне отомстить за то, чего я не делала, – выпаливаю.
– Вот с этого момента поподробнее.