Заглядываю в холодильник. Он пуст. Недолго думая, заказываю продукты в приложении. Не готовые блюда, а продукты. Готовка еще один способ отвлечь себя.
К двум часам дня у меня сварен куриный суп с домашней лапшой, жаркое из говядины с овощами. И даже пара кексиков получилась. Села за стол, упав головой на руки, уставилась в одну точку. Чувствую каждую мышцу, все тело ноет. Это лучше, чем просто душевная боль.
Вздрагиваю, когда по квартире прокатывается режущий слух звонок в дверь. Сердце подпрыгивает к самому горлу. Ладони тут же потеют. Когда звонок повторяется, поднимаюсь со стула и, как воришка, подкрадываюсь к входной двери. Включаю камеру. На экране появляется картинка. Натан. Боюсь позволить себе улыбнуться. Приехал мириться?
Тихо проворачиваю ключ в двери и отхожу от нее подальше. Дверь распахивается. На пороге появляется он. Ищет меня взглядом.
Прячу руки за спину. И с жадностью разглядываю его лицо. Под глазами пролегли тени. Он будто постарел за эти пару дней.
Приваливается плечом к стене. Сверлит меня темным взглядом.
– Зачем пришел? – продираю голос сквозь хрип.
– Хочу объясниться, – выдает тихо. – Пустишь?
Мы по разные стороны баррикад. На деле же я у окна, он в дверном проеме.
Молчим.
– Мы расстаемся? – нарушаю тишину первой.
– Это не твоя вина, – выдает он тут же.
Замираю, пялясь на него.
– Я тебе не изменяла. Это недоразумение, – говорю фразу, которую закрутила в своей голове до дыр.
– Это не твоя вина. Все дело во мне, – потирает виски. – Я не справляюсь с эмоциями. Не хочу тебя обижать. И так… – махнул рукой. Что он этим хотел сказать?
– Объясни мне, что не так, – прошу. – Мы справимся, – пытаюсь поймать хоть зацепочку, чтобы не отпускать его.
Качает головой.
– А как же договор? – стараюсь держаться. Хотя это становится все сложнее. В глазах закипают слезы.
– Ты получишь все, о чем мы с тобой договаривались. Жить будешь здесь. Перепишу квартиру на тебя. Учись, живи полноценной жизнью. Документы на развод пришлю с курьером, – говорит ровным голосом. Как будто ничего особенного не происходит. А меня же его слова режут изнутри, причиняя нестерпимую боль.
– Что с тобой происходит? – спрашиваю, а слезы застилают взгляд. – За что ты так со мной? Мне казалось, что у нас все по-настоящему. Что нет никакого договора. Мне не нужна квартира, мне не нужны деньги. Мне нужен ты, – выпаливаю, злясь на себя. Дала слабину, дура.
– Мы не подходим друг другу. В наших договорных отношениях ничего настоящего не было, – продолжает уничтожать меня.
