С того света полностью

– В середине – алтарный камень, глыба зеленого песчаника весом шесть тонн, которую проглядели в начале раскопок. Сейчас она считается центром всей системы.

Новое дружное «о!».

– Не отставайте. Вот здесь нашли мужской скелет, «стоунхенджского лучника». То, что он был лучником, понятно по его браслету из кремния и по найденным рядом с ним стрелам. Ему было примерно тридцать лет, он умер, согласно углеродному анализу, в 2300 году до нашей эры.

– Что здесь было в другие эпохи? – спрашивает турист-китаец по-английски.

– Похоже, что примерно с сотого года нашей эры римляне пытались разрушить это место сбора противников империи. В дальнейшем священники и различные короли делали все, чтобы стереть с лица Земли это место, которое считали «дьявольским».

– А раньше? – не унимается все тот же китайский турист.

– Знаете, меня редко об этом спрашивают. Древнейшие следы человеческой деятельности, найденные здесь, восходят к 8000 году до нашей эры. Скорее всего, тогда здесь тоже был похожий храм, только деревянный. На месте менгиров находят древесные стволы.

– У нас тоже есть такие храмы, – сообщает кто-то из китайцев.

– Только гораздо мельче, – считает необходимым добавить кто-то из его соотечественников, чтобы экскурсовод не потерял лицо.

Тот пожимает плечами и выдает тираду:

– Недавние замеры магнитометром показали, что эти круги из камней собирают концентрированное поле геомагнитной силы, спирально поднимающейся в небо. Это влияет на железо в крови и на магнитный железняк у нас в ушах.

Он указывает на выгравированную на камне змею.

– Этот символ, имеющийся в большинстве египетских храмов, обозначает земную энергию, обузданную людьми, занимающимися шаманством.

Китайский переводчик набрал в рот воды, он не смеет передавать такую эзотерическую информацию.

– Рад был вас просветить, признателен за ваши чаевые, – с деланым безразличием произносит экскурсовод.

Китайцы торопливо позируют для завершающих фотографий и оставляют гиду щедрые чаевые. Тот благодарит их чинными кивками.

После этого Майкл спешит к киоску и превращает выручку в несколько пинт «Гиннесса». К нему присоединяются Конан Дойл с французами.

– Гутуатер, пожалуйста, помоги нам!

– Что мне за это будет?

– Сами понимаете, я – блуждающая душа и не могу предложить вам ничего материального, дорогой месье Гутуатер, – предупреждает Габриель Уэллс.

– Придумайте какое-то возмещение.

– Я всего лишь помогаю тем, кто не дает мне никакого вознаграждения, – напоминает Конан Дойл.

– Обалдеть! Стоит человеку умереть – и он автоматически приобретает все свойства, какими не обладал при жизни, – с иронией замечает экскурсовод.

– Подождите, – спохватывается Габриель, – кажется, у меня есть предложение: если вы нам поможете и если благодаря вам я найду своего убийцу, то я поделюсь с вами всем, что смогу обнаружить.

Друид давится пивом.

– Что вы можете обнаружить?

– Мы – блуждающие души и способны побывать там, куда вам, живым, не попасть.

– Мне это неинтересно.

За друида берется Люси.

– Месье Гутуатер, Конан Дойл утверждает, что помочь нам можете вы один, то есть вы и ваши друзья.

Гутуатер хмурится.

– Думаете, лесть вам поможет? Меня не проймешь комплиментами. Незаменимых людей нет.

У трех неприкаянных душ иссякли все аргументы.

– Вы действительно могли бы сообщить мне все, что обнаружите… с моей помощью? – неожиданно спрашивает Гутуатер.

– Я представлю вам подробнейший отчет, я писатель! – загорается надеждой Габриель.

– Как мистер Дойл? Писатель… Я всегда считал это ремесло бездельем. Некоторым платят за сидение перед пишущей машинкой и придумывание историй – обалдеть!

– Одна моя книга написана на интересующий вас сюжет, называется «Мы, мертвецы».

– Так это ваше? Представляете, я читал эту книгу в переводе на английский! Я даже не знал, что вы француз.

– У вас она не пользовалась большим успехом.

– Мне тоже не очень понравилась история любви героя. Секса маловато! Такое впечатление, что вы стесняетесь эротических сцен. Хотя в английских газетах были и хвалебные отзывы.

Люси изменяет терпение.