С того света полностью

Армянин Шаварш Карапетян родился в 1953 г. Он был 17-кратным чемпионом мира по плаванию, 13-кратным чемпионом Европы, 7-кратным чемпионом СССР, держателем 11 мировых рекордов. Утром 16 сентября 1976 г., бегая, как обычно, трусцой в компании брата, он увидел, как рейсовый троллейбус в результате заноса падает в холодное Ереванское водохранилище. Все 92 пассажира были без сознания. Шаварш прыгнул в мутную воду, нырнул, нашел на глубине 10 метров автобус, разбил ногами заднее стекло, порезавшись осколками, и вытащил 30 человек, которых на берегу откачивал его брат; 20 из них выжили. После этого подвига, раненный, обессиленный, испытавший переохлаждение, он полтора месяца пролежал в коме. Через девять лет после этой драмы он очутился рядом с горящим зданием, внутри которого, в огненной ловушке, оказалось много людей. И снова, не колеблясь, стал, рискуя жизнью, спасать людей. И опять ему пришлось несколько месяцев лежать в больнице, залечивая ожоги. Его имя носит астероид.

Писатель ошеломленно таращится на нее.

– Боюсь, твоя концовка испорчена, дорогой Габриель.

Молчание.

– Знаешь почему? Потому что тебе оказался не под силу зачин.

Он не может оторвать от нее взгляд.

– Если бы… если бы… если бы я знал, что это вы!

– Я все сделала, чтобы ты ни за что не догадался.

Он изучает ее в мельчайших подробностях и никак не придет в себя. Тем не менее это она, он узнал ее: старушка в перуанском берете, в утро его смерти выгуливавшая на поводке пуделя. Сейчас песик дрыхнет у нее на коленях, сладко всхрапывая.

Она хитро смотрит через толстые стекла очков.

Чтобы выбрать такую внешность, надо обладать чувством юмора, думает Габриель. Он грезил о верхнем мире, населенном длиннокрылыми ангелами… Как ему изменило воображение!

– Опомнись, Габриель! Уясни для начала две вещи: мое имя – Метратон, и я фанатка Земли. Замысел, место, форма, расположение, цвет… Обожаю эту планету!

Она гладит собаку.

– У меня тоже есть сестра-близнец. Это она создала путь перевоплощения. Моя работа – система управления душами, пока что не желающими перевоплотиться. Нижний Астрал, Средний Астрал, Верхний Астрал, Чистилище… Все это – я.

Она изображает реверанс.

– В начале большинству душ хотелось переродиться. Отойти от своих прежних телесных оболочек отказывались только самоубийцы и влюбленные. Таких было не больше…

– Десяти процентов?

– Точно. Десять процентов блуждающих душ и девяносто процентов перевоплощений.

– Значит, я был прав.

– Так было вначале, потом все быстро изменилось.

Габриелю лестно, что он не ошибся, дав эту цифру в «Мы, мертвецы», даже если она немного устарела.

– Сейчас все наоборот, – грустно продолжает Метратон. – Девяносто процентов душ умерших остаются блуждать, перевоплотиться хотят только десять. Мы быстро обессилели, пришлось нанимать вспомогательный персонал.

Она встает и повисает над острыми кристаллами.

– Я прочла все твои книги, Габриель. Признаться, я далека от того, чтобы отнести их все к своим любимым. Некоторые, по-моему – ты уж извини – халтура. Другие разочаровали меня развязкой, но ты столько их напек, что у меня появились и предпочтения. Так или иначе, теперь у меня есть время, а чтение – мой любимый способ его проводить.

Она сдвигает очки на кончик носа.