— Я не могу обещать, что сегодняшний день будет легче вчерашнего. Возможно, теперь будет только хуже. Предварительный план: дождаться выполнения квеста и разделиться. Половина отряда остаётся в доме и не высовывается, половина возвращается назад по вчерашнему пути за рюкзаками. Плюс, нужно вернуться к машине, на которой я приехал, как минимум слить бензин. Не исключаю, что Система внесёт свои корректировки. Проверить метеорит тоже нужно, но это пока — цель номер два. Всем всё ясно? Тогда идём на обход территории. Со мной Илья, Шенг и Мэй. Остальные остаются в доме.
Олега — единственного, у кого ловкость и выносливость теперь на моём уровне — я не рискнул брать с собой. Пока с его классом и навыками не определимся, лучше держать его подальше от боёв.
А о причинах его приступов мы обязательно поговорим с глазу на глаз. Впрочем, я подозреваю ПТСР. Война в Африке, видимо, и для него не прошла бесследно.
Шенг его проконтролирует, у него в отряде самая высокая сила после меня.
А ведь ещё и Сметану надо прокачать…
Ладно, сначала — проверка.
Единение мгновенно обострило чувства, избушка разом наполнилась множеством звуков, которые я до этого не улавливал, и многоцветьем самых разнообразных запахов.
К двери я подошёл с обрезом наготове, ребята с оружием остались позади. Снял засов, толкнул со скрипом, оглушительным для собачьего слуха, дверь — и никого не увидел.
Другое дело, что в нос шибанула невыносимая вонь мертвечины. Тушки полёвок мы утащили, поляну перед домом кое-как подмели метлой в темноте, но кровь и мелкие ошмётки остались.
И вся эта дрянь загнила и воняла пропастиной, ещё и привлекла целый гудящий рой мух. Спасибо хоть, обычных, а не гигантских людоедских. Собачий нюх же мне сейчас не помощник — мертвечина просто перекрыла собой любые другие запахи.
Обострившийся слух не уловил ничего, кроме журчания бурной Дурнухи и обычных звуков леса.
Ладно, отрубаем навык, мне сейчас больше пригодится человеческое зрение — с собачьим лучше только в темноте.
— За мной.
Я выскочил наружу, стремительно оглядываясь, потревожил мух — с гудением поднялась целая чёрная туча.
— Фу, — пискнул Илья.
— Отставить.
Зато, я теперь знаю, как накажу Олега…
— Идё…
Я не закончил — с рычанием вскинулся Буран, обнажив клыки. Он не предупреждал о возможной опасности, он её УЖЕ где-то нашёл. Только вот, мать его, где?
— В круг!
Треск шифера сквозь гудение мух я едва расслышал. Вскинул взгляд и увидел на крыше мутанта. Нового — мы с такими ещё не сталкивались.
Ублюдок уже подобрался для прыжка.
Срань господня!
— Крыша! — рявкнул я.
Илья и Мэй должны понимать, с какой стороны опасность.
До превращения в монстра он был, похоже, здоровенным мужиком поистине богатырского телосложения. Ростом как я, примерно, но шире в плечах и массивнее — даже после сушки от Системы.
На всех виденных вчера мутантах одежда болталась мешком, с танков вовсе сваливались штаны. На этом чёрный от засохшей крови костюм-горка сидел, как влитой.
И чёрт с ними, с габаритами, у этого мутанта деформировался череп. Лоб и надбровные дуги сильно выдались вперёд, скулы — так же. Это будто был ответ Системы на стрельбу по глазам. Мол: без проблем справляетесь с моими высокоуровневыми тварями своим читерским огнестрелом? А как вам такое?
Вот сейчас и посмотрим, как.
Чувствую, будет очень тяжко.
Целью, судя по взгляду горящих глаз, ублюдок выбрал Мэй. Не удивительно, она самая маленькая из нас. Девушка ещё успевала развернуться, но и всё на этом.
Да и, даже если она выстрелит, в глаз не попадёт точно. Таких чудес просто не бывает.
Я толкнул плечом Мэй ровно в тот миг, когда здоровяк прыгнул. Девушка отлетела, сбитая с ног, я же успел вскинуть руку с обрезом и выстрелить навстречу твари дуплетом.
Успел увидеть, как с оскаленной рожи дробь слизывает кожу — а потом ублюдок влетел в меня, как грузовик.
С ног меня просто смело, мы кубарем покатились по земле. Грудь пронзило болью — он впился в меня когтями. Я, мать его, почувствовал, как крюки входят между рёбер, скребя по кости.
Сунуть в жадную пасть защищённый рукав я успел, и часть зубов без толку ткнулись в металл, а часть пробили толстую кожу и пробили мне плоть.
Обрез я бросил, рванул из ножен системный нож. Пока катились по земле, я яростно вколачивал клинок в бочину твари — больше никуда дотянуться всё равно не смог бы.
Последний удар о землю спиной выбил из лёгких воздух, а из глаз — синие искры. Я захрипел, пытаясь вдохнуть, а ублюдок выпустил из пасти мою руку. С изуродованной дробью рожи на меня капала горячая чёрная жижа, разорванные щёки не скрывали треугольные зубы, окрасившиеся моей кровью.
Мутант примерился, чтобы впиться мне в горло и добить… но я его опередил.
Пальцами в перчатке намертво вцепился в гортань твари, всеми силами стараясь продавить сопротивление сухой жёсткой плоти и вырвать ему нахрен трахею.
Это — левой рукой.
А правую вместе с ножом я сунул ему прямо в брюхо сквозь один из разрезов. Убить так не смогу, да. Но за истерзанную в хлам требуху ублюдок мне тоже спасибо не скажет.
