— Мы это знаем, знаем. Принято решение открыть специальные курсы для малограмотных членов партии. Инструктор райкома информировал меня, будто бы у вас уже проведено несколько занятий.
— На занятия люди идут с неохотой, больными прикидываются, лишь бы не ходить. Должен сказать, трудный народ у нас в Дашкесанлы, товарищ секретарь, ох трудный!
— Пожалуйста, все-таки покажите мне имеющиеся у вас протоколы! настоятельно попросил Демиров.
Махмудов опять принялся рыться в столе и наконец положил перед Демировым небольшую папку. Секретарь райкома, раскрыв ее, погрузился в чтение.
— Неплохо написано! — похвалил он. — Ясно, грамотно. Кто писал? Вы?
— Никак нет, товарищ Демиров. Писал мой технический секретарь… К сожалению, беспартийный… Тоже учитель…
— А сейчас он где?
— На учительских курсах.
Демиров сказал после паузы, раздумчиво:
— Сейчас учитель — большая сила в деревне. Он оказывает нам неоценимую помощь во всех видах общественных работ. Учителя надо уважать и почитать! Однако нельзя, товарищ Махмудов, постоянно жить, как говорится, за чужой счет, Давно пора овладеть грамотой!
Махмудов невесело вздохнул:
— Вы же знаете, товарищ секретарь, я из батраков… Потом на заводе работал. Была ли возможность учиться?…
— Сейчас вчерашний рабочий стал уже инженером, сейчас рабочий — учитель, агроном, врач. Сегодня для вчерашних пролетариев широко открыты все дороги к знаниям! Надо только хотеть и трудиться, трудиться и хотеть, товарищ секретарь партийной ячейки!
— Но ведь заново не родишься, товарищ Демиров…
— Сколько вам лет?
— Наверное, уже за сорок…
— Почему — наверное? Разве вы не знаете точно? Покажите мне ваш партбилет.
Махмудов начал рыться в карманах:
— Кажется, он у меня в другом пиджаке, дома остался… Демиров вынул из внутреннего кармана свой партбилет:
— Партийный документ должен быть постоянно при вас, товарищ коммунист!
— Я сейчас принесу его…
— Только побыстрее! — сказал Демиров. — Я пока познакомлюсь с остальными протоколами.
Махмудов пулей выскочил из партийной комнаты. К счастью, он жил поблизости. Демиров, еще не успел дочитать до конца один протокол, как он уже вновь стоял перед ним, запыхавшийся; протянул Демирову красную книжечку:
— Вот, пожалуйста, товарищ секретарь!.. Демиров раскрыл партбилет:
— Действительно, вам уже сорок один год. — Неожиданно мягко улыбнулся: Как говорится, вы в самом расцвете духовных и физических сил, товарищ Махмудов. Но это следует подтверждать делами. Партийный стаж у вас не маленький — двенадцать лет. И поэтому должен сказать вам, что мы не можем мириться с вашей малограмотностью — Ведь вам не семьдесят лет, как Мюршюду-оглу. Впрочем, он может быть только примером для вас. Он — старше, но фермой руководит образцово.
Махмуд уныло кивнул:
— Да, Мюршюд-оглу неплохой колхозник, славный старик!.. — Помолчал немного и вдруг сказал с обидой в голосе: — Товарищ Демиров, освободите меня!.. Сделайте меня хотя бы помощником этого Мюршюда-оглу!
Демиров насупился:
— Нет, товарищ Махмудов, не о том вы говорите! Быть заведующим фермой не так уж трудно. А вот работать на посту секретаря колхозной партийной организации — дело нелегкое. Что же получается?… Вы, член партии и глава местных коммунистов, хотите бежать с трудной работы на легкую?! Нехорошо! Не о том вы думаете, товарищ парторг! Прежде всего вы должны составить конкретный план работы. Сделайте это немедленно! А вечером мы обсудим этот план на партийном собрании. Посоветуемся.
— Собрание будет открытое или закрытое?
— А как вы считаете?
— Лучше созвать закрытое собрание, товарищ Демиров…
— Это почему же?
— Ведь мы будем обсуждать рабочий план нашей партийной организации — это раз. А во-вторых, на собрании будете вы — наш секретарь райкома!
— Это не аргументы, — усмехнулся Демиров. — Гораздо целесообразнее сделать собрание открытым.
Махмудов продолжал упорно настаивать на своем:
— Честное слово, товарищ секретарь, поверьте мне, лучше, если собрание будет закрытое!
— Но почему, почему? Каковы ваши доводы в пользу этого? Не вижу резона, объясните!
— Я уже сказал вам: мы будем обсуждать рабочий план!
— У нашей партии нет и не может быть ничего такого, что она могла бы скрывать от трудящихся масс! — твердо парировал Демиров.
— Тогда пусть собрание ведет председатель колхоза, пусть он отчитается о работе колхоза. Раз собрание открытое…
— Нет, — перебил Демиров, — отчитываться о работе партячейки будете вы, ее секретарь!
— Уборочная пора в самом разгаре, надо мобилизовать массы на уборку зерна и овощей, — твердил Махмуд, — поэтому отчитываться должен Годжа-оглу!
— Если мы с пользой поговорим о планах местной партийной организации, если мы обсудим их, так сказать, всенародно — это будет способствовать росту доверия народа к партии и тем самым росту энтузиазма колхозников, работающих на полях!
Махмудов не нашел, что возразить против этого довода.
