Вместо ответа он снова начал негромко декламировать:
— Да ведь это мое самое любимое стихотворение! — воскликнула Рухсара. — Вы что, Хосров, умеете угадывать мысли других?
Он пожал плечами, усмехнулся:
— Не знаю, Рухсара. До сих пор не замечал за собой такой способности. Наверное, все гораздо проще — наши вкусы совпадают, Рухсара! Да это и не удивительно: у нас с вами одна родина, за плечами — одна школа, мы с вами люди примерно одного поколения… Исходя из этого — наши вкусы и взгляды на жизнь должны совпадать.
— Возможно, вы правы, — проговорила Рухсара задумчиво. — И все-таки очень странно, Хосров, что вы прочли именно те пушкинские строки, которые я сама часто повторяю. А вот скажите мне, пожалуйста, Хосров, какая строчка из только что прочитанного вами стихотворения «На холмах Грузии…» вам больше всего нравится? Если угадаете, значит, действительно верно, что есть родство душ.
Молодой человек задумался, мысленно повторяя про себя стихи Пушкина. Наконец глухо произнес:
— Печаль моя светла…
— Точно! — В голосе Рухсары прозвучало изумление. — Именно это место меня всегда сильно волнует!.. Как вы угадали, Хосров?!
— Я не угадывал, Рухсара. Вы спросили меня, какая строчка мне нравится, — я ответил. Мне действительно эта строчка очень нравится. Пушкин удивительно верно и тонко передал чувство грусти человека, который любит… — Помолчав, он спросил немного шутливо: — Ну, так как, Рухсара, существует на земле родство душ?
Рухсара сидела перед ним серьезная и задумчивая.
— Выходит, существует, Хосров. А как вы считаете? Существует?..
— Я всегда считал, что — да.
Девушка улыбнулась:
— Знаете, Хосров, о чем я сейчас подумала?
— О чем?
— Я подумала о том, что, наверное, вы и сами пишете стихи. Скажите, пишете?
— Пишу, — признался Хосроз.
Рухсара засмеялась:
— Вот видите, я тоже научилась угадывать… Говорят, с кем поведешься — от того и наберешься… — Спросила уже серьезно: — Вы могли бы прочесть что-нибудь из своего?..
Он подумал, сказал мягко:
— Разрешите, Рухсара, я это сделаю как-нибудь в другой раз. — Помолчав, добавил: — Я сейчас не готов к этому.
А в голове мелькнуло: «Будет ли он — этот „другой раз“?»
— Хорошо, — согласилась девушка, повторила его слова: — Как-нибудь в другой раз. — Она поинтересовалась: — А сейчас, Хосров, читаете что-нибудь?
— Читаю.
— Стихи, прозу?
— В нашей клубной библиотеке мне попалась книга одного турецкого писателя — Решада Нури, напечатанная еще старым, арабским шрифтом.
— Вы знаете арабский шрифт, Хосров? — удивилась Рухсара.
— Да, неплохо. Могу и читать, и писать, — похвастался молодой человек. — Дед научил меня еще в детстве.
— Простите, я перебила вас, Хосров. Вы начали говорить мне о книге, которую взяли в клубной библиотеке. Интересная?
— Очень. Называется — «Чалыкушу».
— Я слышала это название.
— Увлекательный роман! Прямо-таки поэма, в которой описывается история девушки-учительницы, уехавшей из Стамбула в глухую провинцию обучать грамоте крестьянских детей. — Неожиданно Хосров предложил: — Хотите, Рухсара, я расскажу вам содержание этой книги?
— Хочу. А когда? Прямо сейчас?
— Ну да, когда же еще?.. Так и время пройдет незаметно…
Рухсара обрадовалась:
— Очень хочу, Хосров! Ну и молодчина же вы!.. — Добавила: — Вы замечательный товарищ, Хосров!
Молодому человеку была приятна эта похвала. Он почувствовал, как щеки его загорелись.
— Правда, я прочел книгу не до конца, — признался он. — Мне осталось совсем немного…
— Это ничего, Хосров! Потом вы мне доскажете и конец. Когда прочтете все… Хорошо?
— Непременно.
Рухсара поднялась с камня:
— Однако пора и в дорогу! Я уже отдохнула. Мы будем идти, а вы будете рассказывать.
Через минуту они уже шли по широкой тропе, к которой с обеих сторон подступал лес. Приятно пахло свежестью и сырой листвой.
Девушка несколько раз оглянулась по сторонам, спросила тихо:
— Здесь не опасно, Хосров?.. Я имею в виду этих самых…
— Двуногих волков?.. — Хосров усмехнулся. — Нет, Рухсара, ничего не бойтесь! Нам точно известно, что в этой стороне зюльматовцев нет.
— А где они сейчас? — поинтересовалась Рухсара. — Если, конечно, это не секрет.
— Секрета здесь нет никакого, — ответил Хосров и, помолчав, добавил доверительно: — Честно говоря, Рухсара, мы сами не знаем, где сейчас Зюльмат. Где-то затаился. К чему-то готовится. Выжидает.
Девушка призналась:
— Вы меня успокоили, Хосров. А то я вдруг подумала, что они могут нам встретиться здесь, — и даже сердце обмерло… Ну, а теперь рассказывайте, как обещали, книгу этого турецкого писателя. Слушаю вас.
Хосров начал рассказ о приключениях юной учительницы Феридэ-Чалыкушу. Видимо, когда он читал, книга захватила его. Он пересказывал ее подробно, обстоятельно, а главное — с чувством. Рухсара внимательно слушала. История девушки, чем-то похожая на ее собственную, взволновала ее.
