Пока Алан с трудом стягивал длинные замшевые сапожки на огромных шпильках, мы с бабушкой осторожно извлекли Дину из ультракороткого модного красного пальтишка. Под ним обнаружилось ещё более короткое чёрное платье с оголёнными плечами и глубоким декольте. И это при минус семнадцати градусах мороза, горячая девушка!
Василиса Аркадьевна укрыла её обнаруженным в ближайшем шкафу тонким пледом, дала Алану последние рекомендации и мы вернулись к себе. Войнич, проигнорировав недовольное ворчание родственницы, проводил нас до квартиры.
— Удачи, — шепнула ему на прощание, задержавшись у приоткрытой двери. — Я хотела бы остаться и помочь, но…
— Не стоит. Тебе нужно отдохнуть, я справлюсь, — он устало улыбнулся. — Пока. Утром созвонимся.
Желать спокойной ночи не стала — не уместно, её ведь не предвидится. Невесёлый взгляд чемпиона недвусмысленно намекал, что завтрашнего утра он будет ждать с особым нетерпением.
Мне и самой хотелось побыстрее развеять сомнения. В то, что Дина и есть Игрок как-то не верилось. Он хладнокровен, умён, просчитывает ситуацию наперёд и точно не стал бы напиваться в ответственный момент. Завтра ночь новой жертвы, нужно всё подготовить, распланировать. А девушка, спящая в квартире Алана, ещё долго будет приходить в себя. На «кровавые подвиги» у неё просто не хватит сил. И всё же она вполне могла быть связующим звеном между нами и убийцей.
Мне снились тревожные пугающие сны с расплывчатыми размытыми образами. Самая чёткая оставшаяся в памяти картина — кровь на снегу (много крови!) и рассыпанные ворохом чёрные розы.
Я проснулась на рассвете и ещё долго лежала, выравнивая сбившееся дыхание, прислушиваясь к слишком частому сердцебиению. Подробностей сновидения не помнила, но точно знала — кровь на снегу моя.
Немного взбодриться помогли контрастный душ и имбирный чай, приготовленный бабушкой. Она тоже проснулась рано, встретила меня усталой, но уже почти прежней своей ободряющей улыбкой. Стало немного легче. «Мои сны не сбываются» — мысленно напомнила себе и потянулась за пакетиком с волосом Дины. Пора, Алан там, наверное, уже извёлся.
Через пятнадцать минут, отойдя от последствий транса, я набрала его номер. Войнич ответил сразу, словно ни на минуту не расставался с телефоном. Со смесью усталости и надежды в голосе он буквально выдохнул в трубку:
— Привет. Ну что?
— Привет, не она.
Он вздохнул с явным облегчением и всё же счёл нужным уточнить:
— Уверена?
— Да. Просмотрела последние две недели жизни Дины — ничего. Ни козней, ни сообщников. Она даже не знает кто я. Кстати, наша подозреваемая проснулась?
— Нет ещё. А кто я, она тоже не знала, когда в секцию записывалась? — не поверил спортсмен. — Не бывает таких совпадений!
— Это не совпадение. Я скоро зайду с отваром и всё объясню.
— С каким отваром?
— Антипохмельным, или ты предлагаешь её водочкой с утра «полечить?»
Дина спала и когда я в сопровождении Алана доставила обещанный отвар. Он снова не позволил даже этот короткий промежуток между этажами преодолеть одной и встретил у моей двери. Такая ограниченная свобода ужасно раздражала. Хорошо хоть бабушка перестала реагировать на чемпиона слишком остро, а узнав, что Дина не убийца, отпустила меня с ним, не навязывая своё общество.
— Как ночь прошла? — поинтересовалась, с сочувствием разглядывая покрасневшие от усталости глаза, русые, разметавшиеся в творческом беспорядке волосы и заметную щетину, украсившую подбородок спортсмена.
— Обойдёмся без подробностей! — он закатил глаза. — Плохо выгляжу, да? Извини, не успел побриться.
— Ничего, небритость сейчас в моде. Как там спящая красавица?
Он поморщился.
— Тоже мне красавица! От неё разит, как от заправского алкоголика. Пойдём на кухню, пока не проснулась. Расскажешь, что видела.
На самом деле видела я не так уж много. Частично заглянула в её детство, в самое начало знакомства с Аланом и в последние пару недель.
Дина, она же Виктория Леонтьева, свою родную семью, конечно, помнила. Девочка рано поняла, что маму не вернуть, а отцу на неё плевать, поэтому о возвращении к нему не помышляла, даже когда в новой семье пришлось очень не сладко. Со временем она поняла, что если делать то, что от тебя требуется и не бунтовать, жизнь может быть вполне сносной. Дина потеряла надежду обрести настоящую семью, но научилась виртуозно играть роли, за что получала щедрое материальное поощрение в виде подарков и дополнительных карманных расходов. Новые мама и папа были людьми состоятельными. Девочка рано почувствовала вкус роскоши и, став взрослой, возвращаться к жизни эконом-класса не планировала.
