Ладони вспотели. Тихий гул доносился откуда-то из-за стены. Должно быть, где-то там, в другой комнате, находился огромный рефрижератор. Ритмичный стук с кухни вторил биению моего сердца. Звуки возвращали ощущение безопасности, помогая зацепиться мысленно за фрагменты реальности – это место было всего лишь придорожной пиццерией, где праздные гости ждали своих заказов. Я сделала глубокий вдох, потом еще один и еще, позволяя запахам наполнить легкие. Мое обоняние помимо приятных нот томатного соуса и специй улавливало едва уловимый запах сырости и цитрусового мыла.
Руками я нащупала ручку двери и повернула. Холодный свет тут же развеял тьму в коридоре. Да, это была другая уборная. Более чистая, более светлая, чем перед парковкой грузовых машин, – Галина в тот раз отправила меня именно туда, ссылаясь на ремонт в туалете пиццерии. И все же принадлежность к месту играла для меня роль.
Я покрутила ручки крана и сразу же подставила ладони под теплую, почти горячую воду. Терла пальцами кожу, желая смыть остатки наваждения, что вот-вот кто-то обхватит меня сильными руками сзади и прижмет чертов платок с мерзко пахнущей жидкостью к лицу, и мир вновь погрузится во тьму.
Дверь резко открылась, и я вздрогнула. Всеми силами я заставила себя выждать. Мелькнул край рубашки в тонкую красную клетку, и в горле комом застыл крик. Но нет, это был вовсе не Глеб. Мимо меня к свободной кабинке быстро прошла всего лишь девушка в похожей рубашке нараспашку.
Даже маленький шаг навстречу своему страху отбирал силы, как после долгого марафона. Сполоснув несколько раз лицо, я выключила кран, а затем оперлась руками о керамическую столешницу и принялась разглядывать себя в зеркале. Бледная даже в самый разгар лета. Уставшая после нескольких ночей без нормального сна, и все равно с улыбкой триумфа на губах.
Я сделала это. Я смогла. И даже маленькая победа сегодня казалась большой.
Пицца с ананасами все же не дождалась аплодисментов от Стаса, как я ни просила его попытаться распробовать – бесполезно. С титаническим усилием он разжевал несчастный треугольник из нежного мягкого теста с сочными кружочками салями, мученически глядя мне в глаза из-за одного-единственного скромного кусочка ананаса, всем своим видом как бы говоря: на какие только жертвы не пойдешь ради любви.
Я не стала его дальше мучить, хотя где-то в календаре обязательных к выполнению задач в своей голове внесла заметку, что следующим на очереди для изучения палитры вкусов для Стаса обязательно окажется сочетание ванильного мороженого и картошки фри.
Я была настолько голодна, что легко съела пиццу с ананасами сама, не скрывая удовольствия и не забывая щедро запивать каждый кусок колой. Даже адреналин после встречи с собственным страхом не смог унять аппетит. Мне оказалось мало одной порции, так что я посчитала, что имею право и на другую пиццу. У Стаса округлились от удивления глаза, когда я стянула второй, а потом и третий кусок.
– Ты будто весь день не ела, – прокомментировал он, и я закивала головой, подтверждая догадку Стаса, стараясь аккуратно откусить самый сырный уголок и не уронить начинку на стол.
Мы заказали еще холодной газировки. К несчастью, на вынос ее нельзя было заказать: в заведении разливали колу из автомата, а не из бутылок. Снова покупать напитки в «Саду эдельвейсов» и пробовать там снеки я зареклась, а потому решила здесь, в пиццерии, оторваться по полной. Когда к столу принесли заказ для ребят, Стас за все расплатился, я допила остатки газировки, и мы двинулись снова в путь.
Когда мы вернулись на территорию спа-центра, уже занимался рассвет. На поляне перед главным корпусом густым полотном разлился туман, пряча за собой красоты лесного пейзажа, как ревнивый собственник. Стас нес пакет с пиццами, а я мирно шла сбоку от него, поднимаясь по лестнице. Когда мы дошли до этажа девочек, я повернулась к нему, чтобы пожелать спокойно ночи и попрощаться. Свободной рукой он притянул и прижал меня к себе так, что внутри не осталось воздуха от чувства его близости. У меня совершенно не было ни на что сил и клонило в сон, и все же каждое новое его прикосновение заставляло меня мечтать не расставаться с ним. Остаться рядом хотя бы еще на пару минут, чтобы запомнить каждый сантиметр на его лице, каждую крапинку в медово-карих глазах.
– Тебе не обязательно идти к себе, – его взгляд скользнул к моим губам из-под опущенных ресниц.
– Да? – я решила подыграть ему: – Куда же мне тогда идти?
И у него уже был наготове ответ:
– Ко мне.
– И что мы будем делать?
Его лицо оказалась так близко к моему, что я почувствовала на себе его горячее дыхание. В последний момент он увильнул от моих губ, дразня, и шепотом произнес:
– Спать, разумеется. У тебя такие круги под глазами.
Моя ладонь скользнула сначала ему на шею. Пальцы начали медленно вплетаться в мягкие волосы.
– И у тебя тоже, – не менее томно ответила я, и мы оба рассмеялись.
– Серьезно, оставайся сегодня со мной. Уже скоро все встанут, и вокруг начнется шум и гам.
– А у парней-то на этаже почему должно быть тише?
