Сад искусителя полностью

Стоило это осознать, как дело пошло на лад. И в какой-то момент он даже подумал, что конкретно для него все закончится хорошо, что его поймут или хотя бы простят. Но сегодня, проснувшись в одиночестве в надоевшей до чертиков палате, увидел, что надеялся зря. Вернее, получил то, что так долго требовал. Делал вид, что требует, отчаянно переигрывая и местами доводя до абсурда, а они зачем-то поверили. Эль его отпустил. Ни сам проверить не пришел, ни соглядатаев в виде андроидов не приставил. И Лилит, получив свободу, решила его оставить. Ну, в ее-то случае точно заслужил. Особенно потому, что были мысли применить слово, лишь бы она не уходила — клятва останавливала. Так может, раз ничто не держит, сделать то, что давно собирался?

«Вот ты нытик!» — возмутился кто-то, заставляя вздрогнуть от неожиданности.

Адам приподнялся на локтях и внимательно осмотрел палату, но никого не увидел.

«Ну серьезно. Просить „отпустить“ это ж прям расписаться в желании получить как можно больше внимания. Тут даже доморощенный психолог допрет, а уж старый интриган типа Змея и подавно! Спорим, сидит где-нить смотрит в монитор и угорает под пивасик?»

Голос шел как будто из головы, заставляя подумать: а не плод ли больной фантазии недавняя стычка с Люцифером и спасение Лилит от него?

«Вот, — продолжил голос как ни в чем не бывало, — а на девоньку нашу зря наговариваешь. Она тебя, дурака такого, спасла, между прочим, пока ты очень не героически кровью истекал. Силой поделилась! А ее немало собралось, в последнем-то отпрыске лилей!»

— Поделилась силой? — зачем-то переспросил Адам.

На него, наоборот, вдруг накатила слабость, из-за которой проверить магические способности было проблематично.

«А ты думал у тебя кольца на ноге для красоты, что ли?»

— Кольца?

«Переспрашивать не надоело?»

Нет, не надоело, но вслух отвечать не стал. Он и так сейчас выглядел нелепо, разговаривая с голосом у себя в голове. Вот тоже забава, Люцифер ему мечом бок проткнул, а поехала почему-то кукуха. И непонятно, как там оно с силой, лексикона от Лилит точно понабрался. Ну, или из ее мира, где провел времени побольше обычного. Нецензурное слово, слетевшее с губ, стоило сесть и попытаться свесить ноги с кровати, сто процентов оттуда. Емкое потому что — вся боль, пронзившая в тот момент виски, в него уместилась. Но комната все равно плыла, намекая, что лучше бы обратно лечь вместо того, чтобы тянуться рукой и взглядом к лодыжке, где чернели две черных полосы. Стоит ли удивляться, что из-за этого он свалился на пол?

Одновременно с этим открылась дверь, и до боли знакомый голос вскрикнул:

— Адам! — Лилит бросилась к нему, по пути кинув что-то на прикроватную тумбочку, подхватила под локоть, попыталась поднять. — Ты зачем?

— Кольца хотел рассмотреть, — признался он, а она почему-то выпустила его руку, но хотя бы не ушла. — Ты чего? — спросил, обернувшись к ней, и заметил проступивший на лице румянец.

— А чего ты умирать тогда удумал? Мог бы Люцифера словом уложить, как нефиг делать!

«Потому как мало того, что нытик, так еще и тупенький!» — ответил за Адама голос у него в голове, и с ним одновременно захотелось и согласиться, и поспорить.

— Да заткнись ты! — цыкнула на него Лилит.

— Ты его слышишь? — удивился Адам. — Ну…

— Слышу, — она вздохнула и бросила задумчивый взгляд на дверь.

— Не уходи, — руки сами вцепились в ее запястье. — Я… я без претензий, ты не подумай. Я просто…

— Пришибленный, вижу. Надо сходить андроида позвать — я тебя не подниму.

— Не надо. Я сам встану.

Пообещать оказалось куда проще, чем сделать, но, в конце концов, он с помощью Лилит вернулся обратно в кровать, радуясь, что почти не трясло при этом. Ну, хотя бы едких комментариев от голоса не случилось, и то ладно. Они и сами теперь молчали, и неловкая эта тишина требовала хоть каких-нибудь слов — любая чушь сгодилась бы, но Адам решил сказать правду.

— Я не мог использовать слово на Люцифере. Работа с осколками очень много энергии сжирает, а я в тот день и так тебя, считай, заново собрал. Ну и… Прости, что подверг тебя такой опасности, но кто знает, случился бы потом еще шанс собрать все их… Ну…

Лилит не ответила, а когда он к ней обернулся, пытаясь поймать взгляд, поморщилась. В тот же момент виски и раненый бок пронзила нестерпимая боль, заставляя стиснуть зубы, чтобы не заорать. И все же он успел ухватить ее за руку, когда она подорвалась, чтобы бежать за помощью.

— Не надо, — прохрипел Адам.

— А когда надо будет? Когда кровавая пена изо рта пойдет? Или и тогда не надо будет? Или ты со всего этого мазохистский кайф ловишь, а я просто не догоняю?

— Нет, — протянул он и шумно выдохнул, заставляя себя снова сказать правду: — Просто не хочу, чтобы ты уходила.

— Почему?

«Ох уж эти вопросы с очевидными на них ответами!» — хихикнул «голос» и поспешил затеряться среди фоновых звуков, чтобы снова не получить от Лилит.

— Почему? — игнорируя замечание, повторила она.

— Потому что ты не вернешься…