Бадра каялась и клялась: «Никого больше не буду притеснять!» Наконец я отпустил ее, и она кинулась наутек. Затем я проводил царевича в город, и когда весть об этом дошла до падишаха, тот от радости скончался. И царевич, прибыв во дворец, стал падишахом. «Все свое государство доверяю я тебе, — сказал он, — и передаю ключи от казны. Но умоляю тебя именем бога, даровавшего тебе такую силу, не покидай меня. Если она снова объявится и пойдет на меня войной, я погибну без твоей помощи». И все жители страны умоляли меня о том же. Я согласился. Тогда падишах выдал за меня свою сестру, а я велел построить в этом уединенном месте дворец и жду, когда появится колдунья, чтобы убить ее.
Выслушав рассказ почтенного Якуба, Ризван-шах воскликнул:
— Это та самая колдунья, которая держит в неволе Рухафзу. Я буду благодарен тебе без меры, если ты освободишь ее из плена. И покуда жив, стану благословлять тебя.
Взяв царевича за руку, Якуб вышел из дома и отправился на берег моря. Произнеся великое имя, он по воде как посуху перешел на другой берег и приблизился к владениям Бадры. Затем, очертив вокруг царевича магический круг, он усадил его в безопасном месте, а сам пошел искать колдунью туда, где она, по рассказам, обитала. Смотрит, кругом ни души. Тогда Якуб взглянул мысленным взором и увидел, что под горой стоит дворец из черного камня, а у входа высится башня о четырех углах. Ее охраняют четыре каменных идола в человеческом облике. Перед крепостными воротами растет старый-престарый самшит, и на месте каждого листочка у него на ветвях цветы.
Почтенный Якуб представил себе, что он входит внутрь крепости, разрушает ее и освобождает из заключения Рухафзу. И с этим намерением направился к воротам. Вдруг поднялся ветер, и самшит, подобно невесте, которая откидывает с лица покрывало, сбросил с себя цветы и бутоны, что росли на его ветвях вместо листьев, и они взлетели в воздух. Запели соловьи, и каменные идолы у ворот затрубили в трубы. Послышался невообразимый шум. Из крепости вырвалось красное облако и заволокло небо. Сверкнула молния, грянул гром. Короче, при виде этого зрелища испугался бы и Рустам.
Два часа читал Якуб заклинания, а затем произнес великое имя Аллаха, и вмиг все стихло, а тьма рассеялась. Вдруг позади Якуба вонзилась в землю стрела. Удивившись, откуда она взялась, он вновь обратился к рукописи. Тут из неведомого мира зазвучал голос:
— О Якуб, все это козни Бадры. В страхе перед тобой спряталась она в своем дворце. Вырой яму там, где стоишь. Достань сундук, в котором лежит свиток, разрушающий ее чары. Делай все, как в нем написано. Захочет всевышний, и ты одержишь победу.
Откопав свиток, Якуб прочел: «О путешественник в краю чудес! Великую милость посылает тебе творец, даруя силу разрушать чары. Сперва повтори про себя великое имя Аллаха, что написано на полях свитка, и встань под старым самшитом. Когда листья его превратятся в птиц и улетят, еще раз произнеси великое имя и, закрыв глаза, нырни в водоем, что под деревом. Не бойся, произойдет волшебство, и ты увидишь, много чудес и диковинок. Тут уж ничего не предпринимай, не посмотрев в свиток».
Тогда, следуя написанному, Якуб произнес великое имя и встал под дерево. Возникло первое видение, и, закрыв глаза, он смело бросился в воду и пошел ко дну. Тут услышал он, как кто-то страшным голосом кричит:
— Хватай его, братцы, держи! Не дай ему уйти! Эй, Бадра, будь начеку. Явился разрушитель чар.
Наконец, ноги его коснулись земли и, открыв глаза, он не увидел ни крепости, ни дерева. Перед ним расстилалась плоская равнина, гладкая, как игральная доска. Посреди стоял летний дворец со златотканым навесом и богато украшенными занавесями. Внутри на возвышении сидела юная пери, подобная солнцу. Волосы ее были привязаны к крючку на потолке, на руках повисли кандалы, под бременем которых она согнулась. Лицо пожелтело, глаза с тоскою глядели на пустынную равнину, а из раковин очей жемчужной нитью струились слезы. За спиной пери возвышался стражник-негр, столь чернокожий, что в безлунную ночь не разглядеть его лица. Приложив к губам трубу, он готов был всякую минуту поднять тревогу.
Почувствовав сострадание к пленнице, Якуб подошел поближе и спросил:
— О красавица! Кто ты и почему томишься здесь в неволе?
— Я дочь падишаха джиннов, — отвечала она вздыхая, — имя мое — пери Рухафза. Колдунья Бадра держит меня в плену. Сколько горя терплю я от этого чернокожего! Смерть была бы для меня освобождением.
Вытащив из-за пояса меч, Якуб взмахнул им и рассек невольника пополам. Однако обе половины, упав на землю, превратились в людей и бросились на смельчака. Пери же, взлетев высоко в воздух, воскликнула:
— О сокрушитель чар! Ты хочешь убить Бадру и освободить Рухафзу из заключения. Предвидя твое намеренье, колдунья совершила это волшебство и посадила меня здесь в облике Рухафзы. Теперь тебе не спастись, даже если у тебя тысяча жизней.
