Выслушав те слова, государь пробудился, сел на ложе и рассказал жене о том, что видел во сне. Когда же рассвело, государь покинул опочивальню, направился в зал для приемов, воссел на трон и обратился к главному везиру: «О дядюшка главный везир, я желаю поохотиться завтра, прикажи собираться в путь».
Главный везир выполнил повеление государя, приготовил все, что надобно для охоты, и на следующий день Махараджа Пуспа Индра Кучи, сопровождаемый воинами, под звуки оркестра отправился в путь. Когда подошли к лесу, государь приказал начинать охоту. Сам же отыскал куст жасмина, с единственным распустившимся на нем цветком, сорвал цветок и заложил за ухо, чтобы потом съесть. Воины настреляли несметное множество дичи. Государь в великой радости возвратился во дворец, где снова принялся пировать и веселиться.
Вскоре государыня понесла. Когда Махараджа Пуспа Индра Кучи узнал об этом, он возликовал, повелел музыкантам играть, как и подобает владыке, познавшему великую радость. После же государь устроил пир с везирами, военачальниками и воинами и столь щедро одарил дирхемами дервишей и нищих, что они сразу разбогатели.
В положенный срок государыня разрешилась от бремени мальчиком дивной красоты цвета изумруда. Он весь сиял, даже глазам было больно смотреть на него. Сто семьдесят знатных кормилиц и нянек пестовали новорожденного, а простых служанок и не счесть. Нарекли младенца Индрой Бумайей. Царевич рос и день ото дня становился все краше. Был он сладкоречивым, щедрым, умелым в забавах, постиг все искусства, знал ратное дело и что ни день тешился с юными царевичами, неизменно беря верх над ними.
А теперь расскажем о старой пери, обитавшей на горе Мулиа, бабке семи небесных дев, взятых в услужение к царевне Кесуме Деви. Затаив обиду на государя за то, что тот приставил ее внучек прислуживать царевне, она отправилась на равнину Восторга, похитила портрет Кесумы Деви и доставила его в земли сынов человеческих. Как раз в ту пору царевич Индра Бумайя почивал, и ему приснилось, будто какая-то старуха вознесла его в Небесное Царство, привела ко дворцу и молвила, указав на портрет Кесумы Деви: «О внучек, взгляни, это царевна Кесума Деви, дочь Махараджи Пуспы Индры, владыки Небесного Царства, внука Лангланга Буаны».
Стоило Индре Бумайе взглянуть на портрет, как он тотчас впал в беспамятство и до утра не приходил в себя. Тогда кормилицы и прислужницы с плачем предстали перед Махараджей Пуспой Индрой и поведали ему о том, что случилось с Индрой Бумайей. В страхе бросились государь с государыней во дворец к царевичу и увидели его распростертым на ложе. Государыня обняла царевича, горько заплакала, а глядя на нее, запричитали служанки.
И так и эдак старались привести царевича в чувство, все тщетно. Тогда, исполненный великой печали, раджа Индра Кучи повелел созвать астрологов и врачевателей, и те предстали перед государем без промедления. Молвил, обратясь к ним, государь: «Загляните в книги предсказаний и поведайте, что случилось с царевичем». Ученые мужи почтительно поклонились, раскрыли свои книги, покачали головами и так ответствовали: «О господин наш, повелитель мира, безмерное счастье суждено царевичу. Он обретет величие, завладеет огромным царством, и ему будут подвластны все небожители, духи, джинны и пери. На время царевичу придется с вами расстаться, но разлука будет недолгой и вскоре царевич снова предстанет перед нашим царственным господином».
Семь дней и семь ночей Индра Бумайя пролежал в забытьи. На восьмой же день поднялся с ложа, огляделся, увидел государя и почтительно перед ним склонился. Спросил его государь: «О дитя мое, Отчего впал ты в беспамятство?» Ответствовал Индра Бумайя: «О мой господин, во сне я увидел земли несказанной красоты и оттого впал в беспамятство». Услышал это Махараджа Пуспа Индра Кучи и в великой радости оттого, что с царевичем ничего худого не случилось, возвратился во дворец. Царевича же обуяла такая страсть к красавице, которую он увидел на портрете, что он не мог ни есть, ни спать, несмотря на мольбы кормилиц и служанок.
