Опять раковина и муравьи… Этот сон он уже видел, но в прошлый раз это не было кошмаром. Пульхр где-то читал или слышал, что повторяющийся сон — признак того, что подсознание пытается донести до человека какую-то важную информацию, которую он, бодрствуя, по каким-то причинам игнорирует. Обычно это означало проблемы со здоровьем.
До сих пор на здоровье Пульхр не жаловался. Но последнее медицинское обследование он прошел два года назад, возможно, за это время какая-то болячка и прицепилась. Обычно проблемы со здоровьем у космофлотчиков начинаются после сорока, у клонов немного позже, так что уже пора. Опять же алкоголь в последнее время… Левая ладонь чешется. Это хорошо. Это к деньгам. Как закончим, надо показаться Картье…
Но бывает и так, что подсознание пытается подсказать решение задачи, которую человек никак не может решить в своей бодрстующей ипостаси. Царев, кажется, безуспешно бился над какой-то малопонятной нормальному человеку математической задачей несколько лет, пока однажды не увидал во сне принципиальную схему корпускулярно-волнового двигателя, хотя изначально одно с другим никак не было связано. Ну что же, попробуем проанализировать, что нам хочет сказать подсознание.
Итак… Мертвый Чехов. Ну, он почти каждую ночь снится. В последнее время особенно настойчиво — подсознание, похоже, не может смириться с тем фактом, что Чехов, спустя столько лет после своей смерти, вдруг объявился живым и здоровым. Интернат тоже часто снится, в этом нет ничего нового или необычного: детство — один из главных поставщиков сюжетов для сновидений.
Далее… Лемурианин Дедал. В реальности Пульхр с ним встречался лишь дважды, а сниться он повадился чуть ли не каждую ночь. Видимо, инопланетянин-андрогин, оказавшийся в итоге женщиной, сумел чем-то зацепить подсознание. В сегодняшнем сне, кстати, Дедал был не в штатском, как обычно, а в зеленом скафандре, очень похожем на тот, что носит Стерн. Что этим хочет сказать подсознание? Или всего лишь выверт сонного ума, перетаскивающего и складирующего дневные впечатления в долговременную память?
Раковина, понятное дело, символизирует шахту. Муравьи в мифологии многих народов связаны с демонами и подземным миром, а раз Пульхру это сразу пришло в голову, то не трудно догадаться, что муравьи в его сне символизируют зомби. Пульхр вспомнил, что раковина во сне пахла как зомби. Да что так руки-то чешутся? А не завелись ли у нас тут, часом, клопы? Значит… Муравьи в раковине — это зомби в шахте. Муравьи искусали руки — видимо, подсознание хочет избежать любого контакта с зомби.
Пульхр скреб руку с каким-то извращенным сладострастием, пока не почувствовал под пальцами липкую влагу. Это еще что такое? Он сел, и потянулся к выключателю. Вспыхнул свет. Пульхр уставился на свои руки. Вот тебе и муравьи… Кожа ниже локтей покраснела и покрылась мелкими бледно-розовыми волдырями. Левая рука была расчесана так, что из царапин сочилась бледная сукровица. Пульхр потрогал волдыри и боли не почувствовал. А вот вид весьма тревожный. Пульхр посмотрел на часы. Четыре утра. Два часа до рассвета.
— Дежурный! — позвал Пульхр. — Вызови Бенуа!
Бенуа появился через пару минут, мутный, сонный, всклокоченный и мечтающий нырнуть обратно под одеяло.
— Извини что разбудил, — сказал Пульхр, — похоже, у меня проблема по твоей части, — и показал Бенуа руки.
Бенуа рывком проснулся и собрался в пучок.
— Сними футболку, — велел он. — Язык покажи.
Бенуа заглянул в глаза, пощупал шею под челюстью, за ушами, потрогал волдыри.
— Как себя чувствуешь?
— Нормально. Только руки чешутся.
— Да, вижу, что чешутся. Крапивница.
— Аллергия? Отродясь у меня никаких аллергий не было.
— Реакция на еду, возможно. Пайки, которыми мы здесь питаемся, уже больше двух лет лежат на складе. Двое наемников тоже жаловались на пищеварение.
— У пайков срок годности восемь лет.
— Ну, может быть, не в еде дело. Крапивница может быть реакцией организма на ксенобиотики: бытовая химия, лекарства, тяжелые металлы, красители, пестициды. Бывает таким образом организмъ реагирует на паразитов…
Судя по тому, как они одновременно поглядели друг другу в глаза, им обоим в голову пришла одна и та же мысль.
— Великая Мать! — выдохнул Бенуа и непроизвольно отряхнул пальцы, которыми только что так опрометчиво ощупывал капитанские волдыри.
— Я что… заразился? — спросил Пульхр, кашлянув.
— Надо взять кровь на анализ, — уклонился от прямого ответа Бенуа. — Там видно будет.
— Возьми конечно.
Вот они к чему были, сны эти… Бенуа вышел, столкнувшись въ дверях с Чеховым.
— Ого! — сказал Чехов, с уважением глядя на ошпаренные крапивницей руки. — Болят?
— Чешутся. Не подходи. Я, похоже, заразился.
— Ага! А я кому-то говорил шлем не снимать!
— Стерн говорила, что патоген не передается по воздуху.
— Нашел, кого слушать.
— Ничего страшного, — сердито ответил Пульхр, искренне надеясь, что это так. — Пропью курс таблеток. Это всего лишь грибок, а не ветряной менингит.