— Тибби не может этого знать. Тибби знает, что ход дальше есть. Тибби не имеет возможности знать его подробные географические характеристики.
— Хомяк, не умничай!
— Человек, мне надоело повторять, чтобы ты не использовал видовых наименований низших грызунов, когда обращаешься к Тибби!
— Ой, какой обидчивый хомячок! Ну, можешь назвать меня обезьяной — я вот точно не обижусь.
— Тибби не удивлен: на правду не обижаются.
— Что ты сказал?!.
— Может, вы прервете свой изысканный диспут и поможете разобрать этот завал? — попросил старик, поднимая первый камень.
Вручную расчистить вход в туннель было невозможно — плиты, из которых была сложена арка, и сотне человек не под силу сдвинуть с места. Но масштабной расчистки и не требовалось — достаточно сделать узкий лаз, в который смог бы протиснуться широкоплечий омр. Но солдаты взрывчатки не жалели, и работать пришлось до полной темноты. Все, кроме мальчика, перемазались в грязи — дождь и не думал прекращаться. Но и он не избежал общей участи, когда протискивался по узкому проходу меж двух почти сомкнувшихся плит.
Внутри было сухо и щекотало нос: витала застарелая пыль, потревоженная раскопками. И еще здесь было очень темно.
Только сейчас до беглецов дошло, что у них нет фонарей или факелов для задуманного путешествия.
Пришлось посылать раттака наружу — лишь Тибби способен видеть в темноте или находить предметы по запаху. Да и насчет чего украсть он не дилетант. Маленький разведчик не подвел — вскоре вернулся с мешком свечей, связкой факелов, жестяным фонарем из привратницкой и лампадкой из храма. А еще на его амуниции прибавилось трофеев — святотатец не побрезговал имуществом жрецов.
Поработав огнивом, раттак зажег факел, посветил на пол:
— Я предположил, что количества осветительных приспособлений должно оказаться достаточно на преодоление этой норы.
Никто не обратил на его слова внимания — все потрясенно уставились на свод туннеля. Было чему удивиться — до него не меньше пяти человеческих ростов, а скорее даже больше. Да и ширина хода впечатляла: три телеги спокойно разъедутся.
— И этот туннель проходит под всем хребтом? — поразился Амидис. — Да его, видимо, боги создали! Человеку такое не по плечу!
Мальчик, переждав очередной приступ кашля, устало пояснил:
— Не боги — простые големы.
— Шутишь?! Таких огромных големов не бывает!
— Сейчас — да, не бывает. А раньше, до Энжера, первородной силы в Срединном Мире хватало — элементалисты, бывало, создавали големов в десять человеческих ростов. Такие, правда, долго не могли существовать, а вот если раза в два поменьше, то уже другое дело — стабильны. Туннели они рыли очень быстро.
— Нам бы пару древних боевых големов — с такими и королевские драконы не страшны, — размечтался Ххот. — Я видел, как маги напускали на танки своих каменных зверюшек: толку вообще не было. Не хватало у тех силы перевернуть танк. Мелкие для такого дела. Да и рассыпались в труху быстро — от амулетов на броне. Без мага они возле амулетов и минуты не протянут. Весело, небось, магам было здесь — глотали пыль при проходке.
— Здесь не нужны маги, — вновь заговорил мальчик. — Это ведь уже Тропа — вдоль нее идет нить ткани первородной силы. Магические создания могли здесь существовать без посторонней поддержки. Чем ближе к колодцу между мирами, тем больше силы. Это, конечно, если перемещаться вдоль нити. Туннели так и проводили. В других местах засыпали пропасти, делали мосты, срывали холмы. Големам работы хватало.
— Умник, ты как себя хоть чувствуешь?
— Я смогу идти.
— Малец, я уже понял, что ты даже мертвый способен переставлять ноги. Уважаю. Но хотелось бы не доходить до крайностей.
— Здесь сухо и не холодно. Раз я не умер под дождем, то здесь мне будет полегче. Но советую остановиться на ночлег: не надо идти сразу. Хребет широкий — идти придется долго. И неизвестно, что еще по пути будет, — здесь лет пятьдесят никто не ходил.
— Видать, ты и впрямь неглуп: я только что это сам хотел предложить. Тем более что хомяк, помимо мешка со свечками, принес еще один мешок, причем никому не показал его. Подозреваю, он обчистил кладовую на кухне у жрецов, а эти святоши толк в жратве знают, — давненько хотел отведать чего-нибудь с их стола.
Наверху, несмотря на кромешную темень и потоки ледяной воды, низвергающиеся с небес, в эту ночь многим людям пришлось бодрствовать. Около тысячи драгун и стрелков месили грязь на склонах хребта, пытаясь найти беглецов или их следы. Танкисты и команда механиков колдовали над сломавшимися драконом и броневиком. Мокрые собаки тщетно пытались найти в этой сырости хоть что-нибудь, лишь бы люди оставили их в покое. В итоге отряды солдат были вынуждены преследовать диких зверей или вообще непонятно что — псы при такой погоде любили чудить, гоняясь за призрачными плодами своего воображения.
