Они двигались гуськом, друг за другом, спускаясь вниз, пока не вышли в небольшую пещеру. Там было тепло и уютно. Высоко над головой, как в жерло огромной трубы, было видно голубое небо. По стенам пещеры стояло семь каменных идолов, держащих в руках незажженные факелы. На их лбах красовались маленькие витиеватые солнца. Посреди зала ярким пламенем горел большой костер, разведенный на круглых камнях. Вокруг огня ходила старуха. Она что-то бормотала и поливала камни отваром из широкой чаши. Жидкость от соприкосновения с ними шипела, превращаясь в белый пар и рассеиваясь по пещере. Вдыхая запах разомлевшей травы, Оёлин почувствовал, как в носоглотке защипало и даже похолодало. Он не мог точно объяснить свои ощущения, но они смущали его.
- Садись, воин, - не оборачиваясь, старуха указала Оёлину на место перед самым костром. Он, ни о чем не спрашивая, повиновался. Скрестив под собой ноги, сел на мягкий мох и уставился на оранжевые искры. Видящая подала ему чашу, из которой поливала камни.
- Пей, - сказала она.
Оёлин с неохотой и недоверием принял из рук Видящей напиток. Старуха тихо засмеялась.
- Не бойся. Теперь ты не уснешь. Теперь ты все увидишь сам!
Оёлин закрыл глаза, ожидая, что отвар будет отвратительным на вкус, и одним глотком выпил его. Вопреки всему, напиток был вкусным и сладким. Он, обжигая холодком, проходил в грудь и проливался в живот. Воин прислушался к своим ощущениям. Голова закружилась, телу стало тепло и легко. Оёлин улыбнулся, сам не понимая отчего. Он вдруг почувствовал свободу, и его ноги оторвались от земли. Воздушный поток подхватил его. Казалось, он птицей летит над Долиной.
Но тут рядом послышались громкие голоса, и это поубавило ему прыти. Он, испугавшись, камнем упал вниз, резко вскочил и распахнул глаза. Перед ним все так же горел костер. Но был он другим. Сухие ветви трещали, листья жухли под ними, и не было того замораживающего воздуха, что стоял в пещере. Оглянувшись, Оёлин понял, что находится на небольшой поляне среди деревьев, увитых лианами. Он узнал природу Долины на подступах к горе Орнамилик. Это удивило воина. Как он мог оказаться здесь?
Юноша вспомнил о голосах. Еще раз огляделся и увидел, что у костра сидят люди. Оёлин был поражен, распознав в них Совет Шестерых. Он шлепнулся на колени и склонил голову, ожидая, что советники сейчас поймают его и отхлещут кнутами за то, что он посмел явиться сюда. Но ни один из них не посмотрел в его сторону. Оёлин понял - они не видят его. И осознал, что душа вырвалась из тела и примчалась сюда. Но зачем? Что хотела старуха, сделав это с ним? Оёлин решил прислушаться к разговору.
- Король должен умереть! - решительно сказал Главный. Он и его соратники были одеты в черные плащи, расшитые золотой нитью. Такие одежды говорили об их высоком статусе и важности в Долине. Волосы их, вплоть до самого молодого, были седыми. На голове старейшего из Совета возвышался венок Главного. Он был сплетен из шерсти диких животных, украшен бусинами и речными ракушками.
Как кинжал полоснула Оёлина фраза Главного. "Но как же так?" - думал воин. Советники не могут произносить таких фраз. Они призваны служить и во всем помогать королю.
- Нельзя убивать короля, - тем временем вступил в разговор младший из Совета, - это против закона!
- А по закону ли, не имея нужного наследника, забыть о своем долге и отказываться от новой жены! - вскрикнул Главный и так ударил себя по ляжке, что на ней еще долго оставался красный след от ладони.
Все участники Совета Шестерых опустили глаза. Кто-то отряхивал со своих ног несуществующие песчинки, кто-то исподлобья смотрел на костер, а некоторые и вовсе уставились на пальцы ног и густо краснели.
Король, потеряв любимую жену при родах, действительно поник. Он почти не занимался делами Долины. Дни и ночи проводил в своих покоях, убитый горем. Совет приводил ему все новых и новых молодых, годных для вынашивания детей, невест. Но тот даже не смотрел в их сторону, печалясь все больше.
Да, маленькая принцесса никак не могла стать наследницей престола. Но убить короля?! Это же неправильно! Главный рвался к власти. Он был как злобная, гадкая змея, пригретая королем на своей шее. Главный был его родным братом. Но его кровь отверг Золотой Обелиск, хотя он и был первенцем.
- Но как же мы будем без правителя? - спросил Третий из Шестерых. Он уставился Главному прямо в глаза, нисколько не смущаясь его едкого взгляда.
- Совет Шестерых в состоянии управлять Долиной, разумеется, пока не появится истинный король, настоящий наследник престола, - объяснил Главный.
- Но как же он появится, если мы уничтожим короля и его отпрыска? - справедливо заметил младший из Совета.
Снова возникла пауза, все с интересом уставились на Главного. Тот встал с земли и приложил руку к сердцу. Брови его сдвинулись к переносице, а злые маленькие глазки превратились в щелки, точь-в-точь как у змеи. Оёлин даже отшатнулся. Так напугала его черная душа Главного. Тем временем тот продолжал:
