Громила, шатаясь, вышел из сгустившегося марева, упал на колени и пополз в нашу сторону. Он корчился от недостатка воздуха, содрогался и в исступлении скреб ногтями по земле. Его отравленные легкие отказывались впускать воздух, и он начал синеть от удушья. Из последних сил негодяй протянул нам руку, словно прося помощи, но было уже слишком поздно. Да и мы бы ни чем не смогли ему помочь.
Он сделал последний вдох с жутким болезненным всхлипом и затих. Спустя несколько секунд его агония закончилась. Тот, кто забрал у нас свободу и способствовал гибели Романа, был наказан сполна. Катрина долго смотрела на него, пока, наконец, не произнесла мрачным тоном:
- Его хоронить мы не будем.
- Какой страшный конец, - покачал головой Алексей.
- И что теперь? - все еще под впечатлением от смерти врага спросил Вадим. - Если мы оказались не в том месте, может, попробуем еще раз активировать круг?
Я усмехнулась. Кажется, Надежнецкий начинал мне верить.
- Мы там, где и должны находиться, - ответила я. - Это всего лишь парадный вход. "Гостиная" ожидает нас дальше. Это не Килиманджаро. Это Орнамилик.
- Что? - переспросил Вадим.
- Эта гора зовется Орнамилик. За ней должна быть Долина Инферин.
Все взволнованно уставились на гору в надежде на то, что она сейчас волшебным образом исчезнет, и мы наконец-то увидим искомое.
- Почему же она так похожа на Килиманджаро? - спросил Томми, все еще не веря моим словам.
- Потому что это ее точная копия, только затерянная во времени и пространстве, - вдруг догадался Алексей и обратился ко мне, - вспомни, у меня в спальне на картине было нарисовано две горы.
- Почему я не удивлен, что ты была в его спальне? - горько вставил ремарку Вадим.
Катрина шикнула на него. Она внимательно слушала нас. Алексей на миг задумался, нахмурился и выдал:
-
Это предсказание было записано у деда в дневнике.
- А Видящая - это ты? - предположила Катрина.
- Судя по всему, - кивнула я. - И спасибо, Алексей, за то, что не рассказал мне раньше, - упрекающий взгляд.
Тот склонил голову, отводя глаза.
- Похоже, туманы окружают эту гору с обеих сторон, и ее не обойти, - отвлек нас Том. - А соваться в туман, как мы видели, смертельно опасно.
- Тогда взберемся на нее! - уверенно решил Алексей.
- Перепады давления там настолько высоки, что не все доходят до вершины, - тут же возразил Томми. - Даже при наличии специальной одежды и оборудования. К тому же у нас нет никаких припасов. Это долгий и трудный путь, и не стоит пытать пустых надежд, что мы сможем легко и просто преодолеть его.
- Мы там замерзнем, - поежилась Катрина.
- Но у нас нет другого пути. Мы должны попробовать.
- Послушайте! - воззвал к нам Вадим. - Давайте без экстрима! Просто вернемся назад, в наш мир. Все просто.
Все укоряющее посмотрели на него. Никто не произнес этого вслух, но было видно, что все хотят идти вперед, а не назад. И Вадим понял, что ему придется смириться с этим.
- Постойте, в стихотворении говорится о каком-то проходе! - размышляла Катрина. - Может быть, сквозь гору существует тоннель?
- Предлагаю проверить эту версию, - кивнул Томми. - Пройдем вдоль скалы. Возможно, что-то заметим.
- Придется разделиться, - сказал Алексей. - Мы с Эмилией пойдем туда, - и указал направо.
- Нет, - пожалуй, даже слишком резко возразила я. - Томми, Катрина и Лёша - идите вместе. Мы с Вадимом пойдем в другую сторону.
- Но я обещал защищать тебя, - возмутился Пешехонов. - Если ты будешь не со мной, это сложно будет осуществить.
- Уверена, что Вадим в состоянии защитить кого бы то ни было, - отрезала я и потащила того в сторону.
Краем глаза я видела, как Алексей провожает нас раздраженным взглядом, но меня это не остановило. Я не готова была остаться с ним наедине. Я знала, что он снова примется просить прощения за свои поцелуи. И сейчас мне не хотелось даже думать о том, что он жалеет об этом.
- Хотела остаться со мной наедине? - с усмешкой спросил Вадим, когда мы отошли от друзей на порядочное расстояние.
- Нет, просто не хотела идти с ним, - я посмотрела на него. - Вадь, мне жаль, что ты видел нас... у камней.
- Просишь прощения?
Я неопределенно пожала плечами. Он взял меня за руку.
- Послушай, Эмилия, - примирительным тоном сказал он, опустив голову, - я сам во многом был не прав - оттолкнул тебя своим недоверием. Но я все еще люблю тебя. И мне сложно расстаться с тобой, несмотря на все то, что произошло.
Я не знала, радоваться ли этим его словам. Ведь я все еще испытывала сильные чувства к Алексею и все также была неуверенна в правильности отношений с Вадимом. Поэтому я, ничего ему не ответив, пошла вперед, разглядывая скалы. Он догнал меня.
- Мне нужно знать, что и ты поняла свою ошибку. Я готов простить тебя. У тебя еще есть шанс вернуться ко мне.
