С тех пор как я оказалась в плену у аллида, прошло три дня и вторая ночь, наполненная нашей страстью, в которой я все же не удержалась и запустила клыки под кожу самцу, испытывая ни с чем несравнимое удовольствия, поддавшись искушению. А на четвертые сутки, меня довольно резко разбудили, велев принять душ и одеться в принесенные наследником вещи. Форму, что так принято носить у раянок. Причем на сборы аллид дал практически минут двадцать, а потом, нервно схватив меня под локоть, повел за собой, указав трем аллидам, явившимся ранее по приказу, очистить комнату до единой молекулы.
На все вопросы что случилось, и куда меня ведут, Саффин неоднозначно отвечал — это временно. А потом, преодолев практически полкорабля, спустился со мной на самый нижний уровень и завел в небольшое помещение, оборудованное под маленькую спаленку, где меня уже поджидал Дэйранн, согнувшись в приветственном поклоне.
— Что происходит? — Недоуменно прошептала я одними губами, когда за аллидом закрылась дверь, показав рукой на нуарр, не заметив камер слежения.
— У нас гости. — Вывел надпись на моей руке белый наг, досадно чему-то хмурясь. — Я думал, смогу вольно передвигаться и подам им знак. Прости. Саффин все предусмотрел и не хочет допустить ни малейшей ошибки.
— Что за гости? — Хоть вопросов и было множество, я старалась быть краткой, боясь, что нас могут подслушать.
— Патруль медных ниддов.
— Альмины Ингарра? — Услышав сейчас такую желанную новость, я чуть не запрыгала от радости, а потом, застонав, осела на пол от отчаяния. Быть так близко и далеко… У меня даже от волнения впервые в жизни закружилась голова, а во рту появился непонятный кисло-приторный привкус. Еще и клыки зазудели, чем-то наполняясь. Слегка опухло горло…
— Что с тобой? — Встревоженный моим состоянием, Дис-иссаэр мгновенно оказался рядом, обдав меня своим ароматом подобно тарану.
— Отойди, мне плохо, простонала я, чувствуя ломоту во всем теле, и как ко всем прелестям взросления, вены наполняет огонь желания. Причем мне дико захотелось одного конкретного самца, а Дэйранн стал, очень, сильно раздражать.
— Дай посмотрю. — Рука под челюстью на железах и обеспокоенный взгляд на лице, изучающий мои, как мне позже сказали, ненормально расширившиеся зрачки. — Как не вовремя… — Недовольный цокот и насильственный поцелуй в губы, обдавший мои рецепторы вяжущей горечью, немного пригасивший взбесившиеся гормоны.
— Тебя отец хоть чему-нибудь учил, девочка? — Мягко спросили у меня, надеясь на положительный ответ.
— Учил. — Понимая, что со мной происходит, я начала глубоко дышать, прислушиваясь к своим ощущениям, нажимая кончиком языка на определенные точки в гортани и ядовитых мешочках, посылая мозгу сигнал, перестроить свойства слюны и выделения секрета.
— Умница, уже лучше, — обнявший меня белый наг, потерся своей щекой об мою. — Но я все еще с трудом себя сдерживаю, милая, — постарайся убрать и выброс феромон.
Легко сказать, в таком то маленьком пространстве. Старайся не старайся, а мой запах, даже не смотря на вентиляцию, нескоро выветрится.
Но проходило время, и я под чутким руководством дис-иссаэра, все же брала свое тело под контроль, вновь начав думать об упущенной возможности к свободе. Летели часы…
Дэйранн дремал в кресле, а я металась по каюте как раненый зверь, не в силах найти успокоения, прокручивая и прокручивая в голове варианты к побегу, нутром ощущая, как утекают драгоценные минуты. Не раз, уже попробовав разблокировать дверь, взломав ее защиту. Но куда мне против корабельного металла, со своими силами даже в трансформированном состоянии если она открывалась снаружи.
Поэтому когда разъехались створки и показался наследник райххов, я даже и не испугалась вначале, будучи очень злой и раздраженной, уверенная в своей защите как ши-ар водного. А вот когда по его приказу, два альмина ударили и выволокли бросившегося под хвост господину дис-иссаэра, который просил не трогать девочку, «она еще слишком юна», мне стало как-то страшновато. В отличие от Саффина, Каилл рождал во мне отвращение, как своим видом, так и запахом, особенно запахом вызывающим рвотный рефлекс. А в свете моего перерождения, это стало еще актуальнее.
— Что тебе надо? — Я отползла подальше от смердящего похотью самца, прижавшись спиной к дальней стене. — Для тебя я неприкосновенна, я ши-ар Саффина, он мой надин! — Высокомерно подняла голову, решив не выказывать страха.
