Открыла я глаза, в постели своего жениха двенадцатого лорда империи Амморан Ингарра, который обнимал меня со спины служа полночи «жилеткой для слез», образно говоря, а еще поддержкой после всего того, что я пережила, не доверяя больше никому обо мне заботиться, даже своему доктору, осмотревшему мое ранение в плечо и сказавшему, что это не опасно, вон уже затягивается, повезло что навылет, в отличие от ранений Дэйранна, прикрывшего меня своим телом, во время отхода к экану от трэйсерных пуль, находившимся сейчас в транс-саркофаге.
— Как себя чувствует, моя маленькая девочка?
Голос полный опеки и пальцы, пробежавшие по ключице и обратно, слегка сдавившие плечевой сустав.
— Хорошо. — Чувствуя непонятную тоску, развернулась к мужчине, удобнее устраиваясь на его плече, отмечая, что его запах меня совсем не раздражает и даже больше, но далеко не так как с Саффином. — Как ты меня нашел? В той мясорубке, мы с Дэйранном уже ни на что не надеялись, с трудом прорвавшись к экану. Аллиды и райххи словно обезумели, начав огневой обстрел и если бы не дисс… — Вспомнила окровавленное тело наложника, упавшего прямо у моих ног, просящего меня уходить и которого я легко закинула во второе кресло пилота, трансформировав свое тело, чем и схлопотала пулю. А потом сев за штурвал экана, и включив защитный экран, обстреляла шквалистым огнем транспортный модуль, одновременно выпуская фотонные ракеты в шлюз вылета…
Открытый космос и десант аллидов, от которого мы убегали, практически зажатые в клещи, расстреляв весь арсенал. Моя мысль о том, что сегодня точно не мой день и… как спасение штурмовики нидда, вынырнувшие из-под пространства…
— Если скажу интуиция, ты мне поверишь, сладкая? — Жаркий обжигающий взгляд и легкое безумие, в вишневых глазах нааганита, все еще не могущего поверить в мое «оживление»
— Нет, не поверю, ты слишком привык действовать рационально. — Потерлась щекой об мужскую руку, прижавшись крепче к знакомому с детства лорду, всегда хорошо ко мне относившемуся, как и к моим родным, боясь, что это сон, и я проснусь в плену аллида. — Так, как?
— Думаю, так же как и ты, смогла избавиться от нуарра.
Мою свободную теперь от чужого диагноста руку поймали и прижали к своим изголодавшимся губам.
— Джаар?!
Одновременно проговорили мы, придя к одному и тому же выводу, смотря друг другу в глаза.
— Н-но, зачем это ему? — Я была в недоумении. — Сначала похищение, затем помощь.
— Не знаю, принцесса, — Ингарр подвинулся ближе, приподняв мое лицо за подбородок, — но обязательно узнаю, что за игру ведет теневой лорд. — Склонился к самым моим губам, начав их осторожно пить, усиливая напор. — Ты так с-с-сладко, и маняще пахнешь, моя девочка — глухой стон, и опытные руки, огладившие мое тело, не забыв проверить и живот, — сколько лет я этого ждал, цветочек, — новый поцелуй, заставивший мою кровь вскипеть, и стараться не думать о другом, — но я не могу быть настолько эгоистичным. — Переборов себя, двенадцатый лорд со вздохом меня отпустил, неохотно отодвинувшись, окинув напоследок жадным взглядом. — Нужно срочно сообщить Лене и Анаишшшу, что ты жива. Ты не представляешь, как они обрадуются! — Погладил меня по щеке, не удержавшись от нового поцелуя. — А еще в Совет, о проступке водных и радужных и поверь… — Хмурая складка, и не предвещавший ничего хорошего врагам, мрачнее тучи взгляд. — Это война, малышка. Настоящая война…
Чуть позже, искупавшись, пообедав и одевшись в белое с зеленым платье, так предусмотрительно приготовленным для меня женихом, я, заламывая от волнения руки, сидела в кресле, перед огромной консолью в кабинете медного и с нетерпением ждала, когда настроится связь с моим домом. Ингарр стоял у меня за спиной, положив ладони на плечи, и слегка их массируя, успокаивал, говоря что теперь все будет хорошо, не нужно так нервничать.
Я была благодарна мужчине за поддержку, потому что действительно очень сильно переживала, зная, что близкие давно меня похоронили и оплакали. Моя мамочка…
— Ингаррр, кто это?! Что за шутки?! — Первое что я услышала, увидев изображение отца, в белых с черной траурной каймой одеждах, впившегося в меня пробирающим до дрожи полным удивления, холода, и уверенностью, что это злой розыгрыш сапфировым взглядом. — Ты для этого меня вызвал? Нашел себе похожую игруш-ш-шку? Что ж… поздравляю! — Ненависть и лед. — Должен признать, удивительно похожа!
— Все совсем не так, Анаишшш, ты сильно…
— Папа… — перебив медного, я подскочила к экрану, обхватив его руками, боясь, что в гневе тринадцатый лорд отключит связь, — это же я, твоя непоседливая белочка, — вспомнив детское прозвище, назвалась родителю, глядя прямо в его глаза. — В это трудно поверить, но я жива, жива, слышишь, папа, я жива…
