— Она сейчас проснется, и пристрелит нас обоих. Она же отморозок в юбке! Она бухает как старый кузнец! У нее трубка, которая курится при помощи открытого огня, да еще и с наркотой. Но самое страшное, что смысл жизни этой оторвы, чтобы сделать твою жизнь невыносимо паршивой! Очнись, брат!
Грок не слушал брата, он сместил голову, чтобы видеть ее и ждал пробуждения. В его разыгравшемся воображении он видел, как она откроет глаза, ее прекрасное лицо украсит восхитительная улыбка. Он представлял, как их губы сольются в сладком поцелуе. Как их души переплетутся, а сердца забьются в унисон. Как она прижмется своей нежной кожей лица к его лбу, и крепко обнимет с желанием никогда не отпускать.
Крок скакал вокруг и орал, требовал убрать ее сейчас же, призывал к трезвоумию. В итоге обхватил их обоих, и телепортивался с голубками на улицу. И потянул бренное тело Сталиной из рук брата. Грока хватило только на то, чтобы сжать прядь волос в руках.
Вдруг глаза Сталиной распахнулись. Крок, увидев это, отпустил ее и недолго думая телепортировался в рубку сафхантера.
Сталина посмотрела на очарованную улыбку Грока. Его пропитанные теплом и добротой большие зеленые глаза…
Вот в правый он сразу локтем и получил.
Она живо провернулась под ним, и взяла ногами его шею в замок, после чего прогнулась назад и швырнула Торина в робота. Барахтающееся тело Грока в полете уже было готово к столкновению, как из неоткуда появился Крок и они уже вместе телепортировались в рубку сафхантера, ударившись в стенку и посыпавшись на пол.
— А я говорил! — провизжал Крок.
Грок тянул шею и корчил рожи от боли.
— Да-да, затроил, понимаю. Блин, ну она же прекрасна.
— Если сейчас начнешь распускать мне сопли с сахаром, то я сливаюсь.
— Сливается он… Слива садовая, спелая, лиловая…
Грок тяжело взгромоздился в кресло оператора робота. Крок снова запустил проекции.
— Каков план действий?
— Смотри, у военного сафхантера, в отличие ор грузового не две стрелы-руки, а четыре, они как ложноножки выдвигаются. Плюс боевой обвес, для ведения подземного боя. Мы уязвимы до копи, а там они нас уже не возьмут, ближайший грот в 15 милях. Оттуда по тоннелям можно добраться до платформы. — Грок начал говорить так, будто он подобными вещами занимается два-три раза на дню, закатив глаза кверху. — Запускаем гипер-торпеду, расхреначиваем восстановленную опорную бронестену, и из резервуара подключаем сразу все четыре гофра, на расстоянии мили будет ждать субмарина, в ней Була примет пять миллионов кегалитров газового сафита.
— Я про это… — Крок кивнул головой вниз.
А там Сталина вышвыривала из тирекса потерявшего сознание солдата, и брала управление боевым роботом на себя, засовывая за пазуху свою ульянку.
— А, ты про нее… Потом.
— Просто она нам сейчас быстро гидравлику прострелит.
— Ну, не так быстро, брат. Это все-таки военная техника, а не твоя буровая машина. Здесь есть щит.
Прозвучали хлопки ударов снарядов по броне робота. И они ее явно пробивали.
— Так может мы тогда включим этот щит?!
— Ах, да.
Грок пролистал проекции в сторону, и выбрал картинку фиолетового щита с крестом.
Внутри робота загудели центрифуги, а по контуру сафханетера появилось голубоватое энергетическое поле. Пули теперь только создавали более темные синие точки в поле, больше не нанося никакого урона падали на землю.
Но Сталина не собиралась сдаваться, и молотила со всего имеющегося арсенала своего пятиметрового одноместного тирекса по роботу, который в десять раз больше. Перебирая самыми грязными ругательствами и оскорблениями.
— Собака лает, караван идет. — произнес Грок и перекинул управление робота старшему брату. — От винта!
— Поехали!
Проекция робота образовалась вокруг Крока, сиденье выровнялось и приняло вертикальное положение. Торин старший побежал, синхронно с ним побежал гигантский робот, в спину которого ударяли уже более мощные снаряды. Экипажи танков и пилоты истребителей пришли в себя и настоящей армадой выплеснули всю свою огневую мощь на бегущую по улицам города гигантскую машину.
— Такими темпами они пробьют, меня ведет! — жаловался Крок и с усилием пытался удержать равновесие, не сбрасывая темпа.
— Сейчас все будет.
Грок надавил на светящийся нитью чистой энергии браслет-коммуникатор.
— Була! Спасайте, черти!
В ответ раздался треск рации с жуткими щелчками, что Крока даже передернуло от противности издаваемых колонками звуков.
— Глушат связь…
— Не, это язык у уродцев такой. Такой же жуткий, как и их хари! А ты беги, спринтер недоделанный. Все в теме, призраки выдвигаются.
— Брат, а они снова не вырежут всех людей?
— Очень надеюсь, что нет.
Огромный робот бежал по центру города будущего, как Годзилла по Токио, и, разве что не трубил стремным визгом, но, шарахались хорцы так же, как и японцы от жуткой твари в одноименной ленте.
Гигантская машина уворачивалась от строений, как могла, спасая каждый дом и аккуратно оббегая препятствия. Зато мчащиеся следом бесогоны без секунды раздумий ударяли снарядами по небоскребам.
— Две мили, брат, давай.
— Они сильно мешают! Я могу упасть!
