Решившись, он укоротил Оротимару до размеров одноручного меча – минимум дистанции и максимум скорости.
Пожиратель мечей собирался отбросить все ограничения, до предела ускорить Мгновенный расчёт и использовать свою уникальную технику!
– Ямата-но Ороти*!
Кураудо вложил все силы в удар… в удары, слившиеся в один.
На черноволосого мечника бросился матово-белый восьмиглавый змей, распахнувший восемь пастей с острейшими зубами.
В прошлый раз Икки не смог защититься от четверной атаки. Его ждала неминуемая смерть.
Однако…
Бездарный рыцарь не остановился.
Не опуская меч, он бежал вперёд, навстречу смертоносным клыкам.
Отчаяние? Рывок камикадзе?
Нет.
«Нет! Он!..»
Кураудо смотрел на остриё Интэцу, направленное точно ему в переносицу, смотрел в глаза Икки, сияющие потусторонним светом… и трясся.
Непреодолимая дрожь охватила его.
Однажды Пожиратель мечей уже испытывал подобное чувство.
Два года назад, за считанные мгновения до окончания дуэли с Кайто Аяцудзи.
В тот раз Последний самурай тоже плюнул на защиту, вскинул катану и бросился на него, пытаясь что-то сделать, но не выдержал нагрузки.
Тогда Кураудо не разобрался в своих ощущениях, но сегодня всё прояснилось.
Опасность.
Он смотрел на истерзанного, полумёртвого парня, а внутри у него всё заходилось от волнения.
И именно поэтому…
«Как интересно!»
…Кураудо не отступил!
Мгновенный расчёт позволил бы ему уклониться, однако парень и не думал отходить.
«Очевидно же!..»
Всё это время Пожиратель мечей хотел продолжения той дуэли.
«Может, Кайто поправится. Может, Аясэ овладеет родовой техникой и бросит мне вызов», – думал он.
У Кураудо не было причин избегать удара Икки.
– Не зря я два года ждал в этом додзё!..
Потоки сил схлестнулись и разлетелись брызгами алой крови.
Брызнуло настолько сильно, что капли окропили потолок.
Кураудо зашатался. Широкая рана пересекла его тело от правого плеча до левого бока.
Икки же остался невредим.
«Как такое возможно? – спрашивали себя зрители. – Ведь Ямато-но Ороти – это восемь молниеносных ударов, которые всегда бьют точно в цель!»
По правде говоря, все восемь голов фантомного змея действительно впились клыками в Икки.
Но… они не оставили ни единой царапины.
И только Аясэ поняла, почему.
«Я-я уверена, это она!..»
Девушка узнала ту самую тайную технику одноклинкового стиля Аяцудзи, которой Кайто обучил её перед поступлением в академию Хагун.
Она помнила, как два года назад вложила все силы в удар Хидзумэ, но отец остался цел.
Казалось, она пронесла меч сквозь танцующие на ветру лепестки.
Кайто сказал:
– Финальная тайная техника одноклинкового стиля Аяцудзи – Тенъимухо*!
«Но откуда Куроганэ-кун знает о ней? Ведь он ни разу не видел, как папа исполняет её».
– А…
В этот момент Аясэ вспомнила слова Икки: «Всё дело в старании. Со временем ты сама нащупала бы правильный путь».
«А ведь Куроганэ-кун никогда не бросает слов на ветер», – подумала Аяцудзи, его бывшая ученица.
– Неужели он и тогда?..
– Копирование стиля.
– Что?
– Знаешь, что лежит в основе стиля Икки? Он позволяет тебе атаковать, а сам анализирует твои движения и получает полное представление обо всех техниках, даже тайных. Я так тоже однажды попалась, – призналась Стелла.
Да, Икки давным-давно во всём разобрался.
Видимо, ему хватило боя с неопытной Аясэ, которая восхищалась отцом и пыталась подражать ему.
«Да уж, в этом одновременно и его прелесть, и его ужас, – весело улыбнулась Стелла. – Всех моих навыков не хватит, чтобы угнаться за ним».
Икки Куроганэ извлекал пользу даже из случайных поединков и мимолётных знакомств, он овладевал полученной силой и забирался выше и выше.
Благодаря стремлению к безграничному самосовершенствованию некогда невзрачный Бездарный рыцарь превратился в Некоронованного короля меча.
Вот такого человека полюбила Багровая принцесса.
– М-да, пример для подражания как он есть. Это уж точно, – негромко проговорила Стелла.
И тут…
Все остолбенели.
