— Не надо меня провожать. У тебя дела. Возможно, ты назначил кому-нибудь встречу, так что иди, — она сказала слово «встречу» так, как будто бы действительно Ретт Баттлер уже назначил свидание Розалине.
Это рассердило Баттлера.
— Знаешь что, если ты хочешь меня обидеть, то, пожалуйста, говори правду, а не говори того, чего не было и никогда, возможно, не будет, — серьезно и убежденно произнес Ретт.
Молли вздрогнула и поняла, что задела Баттлера за живое.
— Прости, я не хотела тебя обидеть. Я ведь прекрасно понимаю, что тебе надо идти, что у тебя важные дела. А мне придется остаться в одиночестве.
— Я могу побыть с тобой еще, Молли. Совсем немного, но потом меня ждут.
— Не надо меня уговаривать, Ретт, если тебя ждут, то иди, — и Молли, не дожидаясь, резко повернулась и зашагала по улице.
Ретт Баттлер, склонив голову набок, проводил девушку взглядом. Ему было не по себе из-за того, что он явился виной плохого настроения Молли, но у него были свои обязательства перед друзьями, свои мужские дела. Да и к тому же он и Молли просто друзья, и Баттлер ничего ей не обещал и ничего не говорил.
— Ну как тебе спектакль, Баттлер? — обратился к нему Джек Добсон.
— По-моему, очень интересно. А ты как считаешь?
— Я считаю, что в этом спектакле было только одно достоинство.
— Интересно, какое же? — скептично усмехнулся Баттлер.
— Эта прехорошенькая девушка Розалина.
— Она тебе понравилась, Джек?
— Понравилась? Ретт, это не то слово. Если бы я был в твоем возрасте, если бы у меня также кипела в жилах кровь, я бы не упустил такую красавицу из своих рук.
— Джек, да ты еще в хорошей форме.
— Может, и в форме, но не для этой красотки. Ей нужен такой мужчина как ты, Баттлер, а не такая рухлядь как я.
— Джек, я не люблю, когда люди наговаривают на себя вздор и ерунду.
— А я и не наговариваю, я знаю. Глаз у меня наметанный, и я заметил, какие воздушные поцелуи она посылала тебе.
— Это ее дело, — Баттлер пожал плечами, но на его тонких губах появилась самодовольная улыбка.
— Но запомни, на нее положил глаз и наш шериф, Клод Бергсон. Видел, какой букет он ей преподнес?
— Нет, не видел.
— А я видел. Букет просто замечательный. Но, как мне показалось, она к Клоду Бергсону абсолютно холодна, ведь он похож на рыбу, которую оглушили. Она еще плавает, блестит, но время ее уже миновало.
— Что это ты, Джек, такой пессимистичный? — поинтересовался Ретт Баттлер.
— Да, знаешь, у меня, какие-то нехорошие предчувствия. Мне кажется, что у нас, в Клостер-Тауне что-то назревает.
— С чего ты взял? — спросил Ретт Баттлер и вдруг тоже почувствовал какой-то странный холодок, предвестник опасности, шевельнувшийся в его груди. — А может, ты и прав.
Он посмотрел в глаза немолодому полицейскому.
— Прав, прав, Баттлер, попомни мои слова. Больше того, у меня предчувствие, что я сам скоро умру.
— Ну-у, что это вы все сегодня о смерти заговорили? — Ретт Баттлер, задрав голову, взглянул голову в звездное небо.
— Наверное, от хорошей погоды, — ответил Джек Добсон и расхохотался.
Ретт Баттлер вытащил из кармана сигару и угостил полицейского. Они постояли еще посреди площади под темным куполом ночного неба, покурили, уже больше ничего не говоря друг другу.
И Баттлер, медленно развернувшись, двинулся в сторону салуна, где решил попытать сегодняшней ночью счастья в игре.
Игроков, насколько он понимал, должно было быть предостаточно. Ведь почти все состоятельные люди Клостер-Тауна собрались в театре, там выпили, а после представления многим из них захочется продолжить развлечение и они, наверняка, двинутся в питейное заведение, в салун предаваться разгулу и игре.
«А это то, что мне требуется», — подумал Ретт Баттлер, погладил рукоять револьвера и не спеша наискось перешел темную площадь, на которой было много нарядно одетых горожан.
В этот вечер Ретту Баттлеру чертовски везло. Он не жульничал, а играл абсолютно честно, хотя и знал не один десяток всяческих трюков и уловок, чтобы обвести незадачливого игрока вокруг пальца и сорвать куш.
Но сегодня он играл честно. Карта сама шла к нему в руки, выкладываясь в выигрышные комбинации.
Собравшиеся в салуне с восхищением смотрели на очень удачливого банкомета, сидевшего за столом и вроде бы небрежно сдающего карты игрокам.
— Сейчас ему опять повезет, смотри, — говорил кто-нибудь из присутствующих.
И действительно, Баттлер поворачивал карты и у него вновь была выигрышная комбинация. Проигравший бил кулаком по столу, вскакивал, опрокидывая стул, хватался за голову.
— Ну зачем я играл? Зачем садился? Ведь сегодня не мой день.
— Ничего, приятель, — утешал Ретт Баттлер, — сегодня выиграл я, завтра, наверняка, выиграешь ты. Да, да, Мигель, завтра тебе обязательно повезет. Только дело в том, что тебе уже не на что играть.
Ретт Баттлер ловко сгребал карты, тасовал и с нетерпением ждал следующего, кто пожелает сразиться с ним.
