… и увидели, как дюжий ковбой в краской рубахе и с желтым платком на шее поднял за ворот сюртука пожилого аптекаря, тот беспомощно размахивал руками в воздухе, его ноги в начищенных до блеска ботинках оторвались от пола. Ковбой подержал свою жертву в руках, потом поставил аптекаря на пол и несильно ударил в плечо. Аптекарь полетел по проходу.
— Джентльмен, как вы себя ведете? — попытался защитить свою честь и достоинство аптекарь.
Но ковбой в ответ громко расхохотался и выпустил в лицо старику струю табачного дыма.
— А ну пошел отсюда! — рявкнул ковбой. — Ты что не знаешь, что это место мое.
— Но я же за него заплатил, — пробовал доказать свое право на место аптекарь.
— Ты заплатил? Покажи билет! — рыкнул ковбой.
Старичок дрожащей рукой протянул билет. Ковбой зажег спичку и ярко-оранжевый язычок пламени сжег небольшую бумажку.
— Ты заплатил, а он сгорел. Теперь это место мое, — и ковбой положил руку на кобуру с револьвером. — Надеюсь, ты меня понял, старик?
— Да-да, — испуганно закивал головой аптекарь, озираясь по сторонам, ища свободное место.
Но все стулья были уже заняты, и ему пришлось ретироваться в глубину зала к дальней стене, где еще можно было пристроиться и увидеть спектакль.
— Как здесь здорово! — обращаясь к Ретту Баттлеру, сказала Молли, повернув к нему головку с высоко уложенной прической.
— Да, ничего, только воняет, — ехидно улыбнулся Ретт Баттлер.
— А мне очень нравится, я никогда не видела ничего подобного.
— Да неужели?
— Ну конечно, я бывала в театре, но такого никогда видеть не приходилось.
— Да, надеюсь, спектакль будет интересным. А ты как думаешь, Чарльз? — обратился Баттлер к полковнику Брандергасу.
— Трудно сказать, — пожал плечами полковник, — но думаю, что хоть немного удовольствия мы сможем получить. Актеры не очень известные, да и театр не очень известный. Хотя, возможно, мы увидим что-нибудь любопытное.
— Конечно, увидим. Что вы так предвзято относитесь?
Молли продолжала вертеть головой, она уже заметила, что снизу несколько ковбоев внимательно смотрят на нее, любуясь округлыми плечами, длинной шеей и золотистыми локонами, свисающими вдоль щек.
Внизу грузный тапер устроился за инструментом, поставил на пюпитр ноты. Несколько мгновений посидел, барабаня пальцами по коленям, потом откинул крышку, быстро перелистал страницы, и его пальцы коснулись клавиш. Инструмент отозвался расстроенным дребезжащим звуком, но бодрая мелодия уже наполнила зал, и голоса, выкрики потонули в звуках музыки.
Горели большие фонари, выставленные вдоль сцены, освещая тяжелый занавес из красного бархата.
Наконец его створки дрогнули и медленно разошлись в стороны. На сцену к рампе вышел мужчина в черном сюртуке и белых перчатках. На голове у него был изящный черный котелок, и многие зрители задались вопросом:
«Интересно, а как этот котелок держится?»
Котелок-то был очень маленьким, а голова актера была довольно крупная. В руках актер держал две большие кегли. Он учтиво и очень вежливо поклонился публике и все вновь изумились — котелок остался на месте.
Ничего не говоря, актер еще раз поклонился и принялся жонглировать кеглями.
Зал мгновенно ожил, послышался хохот и свист. Один из ковбоев с желтым шейным платком вскочил со своего места, вырвал из кобуры тяжелый револьвер и выстрелил. Кегля, подброшенная жонглером, разлетелась вдребезги.
Зал истерично зааплодировал меткому выстрелу.
— Так его, Джек! Так! Стреляй теперь во вторую кеглю! Молодчика! Знай наших! — неистовствовала толпа внизу.
Многие повскакивали со своих мест, громко хлопали в ладоши и истошно свистели.
Ретт Баттлер и полковник Чарльз Брандергас недовольно поморщились.
— Молли и Тереза, не обращайте внимания на эти выходки. Надеюсь, что публика скоро утихомирится. Они не привыкли к подобным зрелищам, — сказал полковник.
— Да-да, ты прав, — поддержал своего приятеля Ретт Баттлер, — они совершенно не привыкли и им очень хочется показать себя, а не смотреть на игру актеров.
— Какие же они наглые и бесцеремонные, — сказала Молли.
А в это время Сандра прижалась к Кристиану, и он поцеловал ее в шею.
— Мне хорошо здесь, — сказал девушка.
— Хорошо, тогда сиди и смотри представление.
— Подобного я уже за свою жизнь насмотрелась.
Почему они не начинают? — поинтересовалась она.
Кристиан прикоснулся кончиками пальцев к своим изящным усам и обронил:
— Сейчас начнут.
И действительно, как по мановению волшебной палочки тяжелый занавес снова дрогнул, раздвинулся еще шире и у самой рампы появился актер в черном плаще. Два его помощника вынесли на сцену деревянные колонны, раскрашенные под мрамор.
Кассио, а это был он, положил правую руку на грудь, расстегнул пряжку, и черный бархатный плащ упал к его ногам.
— О, какой красивый юноша!
— Да, я никогда таких не видела.
— Он настоящий бог, — довольно громко переговаривались между собой женщины.
— Дамы и господа! — Кассио поклонился и улыбнулся своей ослепительной улыбкой. — Сегодня мы с вами совершим путешествие в прошлое.
