Нувайри, среди погибших в битве при Гвадияро был и Му'мин ас-Саклаби [298, т. 23, с.
424]; рассказы источников о последующих событиях показывают, что фитйан и сакалиба
оставались в Кордове и далее.
Во всех источниках, рассказывающих о приезде фитйан в Кордову, особо подчеркивается, что они прибыли отнюдь не для того, чтобы защищать ал-Махди. Согласно Ибн ал-Асиру, заявив о своем признании власти ал-Махди, фитйан лишь пошли на хитрость, желая убить
его [248, т. 7, с. 372]. Нечто подобное читаем мы и у Ибн 'Изари, по словам которого
фитйан ненавидели ал-Махди за узурпацию власти и гонения на Хишама и 'Амиридов
[261, с. 96-97].
На первых порах ни Хайран, ни другие фитйан не отваживались выступить против ал-
Махди в открытую. Но по мере того как позиции ал-Махди становились слабее, а
недовольство его режимом нарастало, фитйан постепенно склонялись к мысли о
необходимости решительных действий. Престиж ал-Махди более всего страдал от неудач
в борьбе с берберами. 21 июня 1010 г. войска ал-Махди и Вадиха были наголову разбиты
берберами при Гвадияро. Каталонцы, которых Вадих, как говорилось выше, пригласил для
борьбы с ал-Муста'ином, после этого покинули Кордову. Ал-Махди предпринял еще один
поход, который закончился полным провалом, так как кордовцы испытывали панический
страх перед берберами. После этого боевой дух защитников Кордовы упал окончательно.
После неудачного похода у Хайрана и других фитйан и сакалиба появился новый союзник
- Вадих. Войдя в Кордову после сражения при 'Акабат ал-Бакар, ал-Махди сделал Вадиха
своим хаджибом, причем Родерих Толедский особо отмечает, что именно Вадих
распоряжался всеми делами, а ал-Махди правил лишь номинально [192, с. 273]. Согласно
источникам, в лагерь противников ал-Махди Вадиха привело отвращение к
многочисленным злоупотреблениям, совершенным в ходе последнего неудачного похода, и
его неприятие ненависти ал-Махди к 'Амиридам [261, с. 99; 298, т. 23, с. 425]. Такую
интерпретацию можно принять, хотя она оставляет место для мысли о том, что, возможно, у Вадиха были более глубинные причины отвернуться от ал-Махди. Маловероятно, чтобы
Вадих стал осуждать ненависть ал-Махди к 'Амиридам только после неудачного похода
против берберов. Скорее всего, Вадих никогда не принимал ее в своем союзнике, но
долгое время заставлял себя мириться с ней, считая, что только ал-Махди способен
управлять государством так, как ему, Вадиху, это нужно. Неудачи в борьбе с берберами
показали Вадиху, что ал-Махди не в состоянии покончить с мятежом и обеспечить
восстановление централизованного государства. Разочаровавшись в своем союзнике,
Вадих был теперь готов повернуть против него.
Итак, Вадих и 'амиридские фитйан были готовы заключить союз. Кто выступил с этой
идеей первым? Э.Леви-Провансаль считал организатором заговора Вадиха [522, т. 2, с.
315], но такая точка зрения, кажется, не находит подтверждения в источниках. Насколько
можно судить по рассказам средневековых авторов, инициатива заговора принадлежала
Хайрану и фитйан. По Ибн ал-Асиру, они склонили Вадиха на свою сторону [248, т. 7, с.
372]. Родерих Толедский рассказывает об этом еще подробнее, говоря, что арабы и
прибывшие из Хативы евнухи, собравшись, приняли решение убить ал-Махди и затем
предложили Вадиху союз [192, с. 273]. Вадих, который, как мы видели, был уже внутренне
готов поддержать заговорщиков, согласился.
Заговорщики выступили в последней декаде июля 1010 г.2* Вадих и другие 'амиридские
фитйан проскакали по улицам Кордовы с криками <Повиновение - только Хишаму ал-
Му'аййаду!>, затем захватили ал-Махди и, устроив в присутствии Хишама некое подобие
трибунала, убили его.
После убийства ал-Махди халифом был провозглашен Хишам. Вадих стал его хаджибом.
С формальной точки зрения, 'амиридские фитйан и сакалиба имели теперь, пожалуй,
самые сильные позиции за всю свою историю. Они составляли окружение халифа, слабого
и зависимого от них, а один из них был хаджибом, т.е. фактическим правителем, и
главнокомандующим. При этом то, что престол занимал Хи-
Спутн-сжалиба
215
шам, давало надежду на реставрацию государства Омейядов, к чему стремились фитйан.
Но на пути реализации замыслов фитйан и сакалиба стояли берберы. Вадих послал им
отрубленную голову ал-Махди и предложил подчиниться Хишаму, однако ал-Муста'ин
отказался, и война продолжалась. Власть Хишама и Вадиха, какие бы титулы они ни
носили, не простиралась дальше стен Кордовы, жизнь в которой становилась все тяжелее.
Постоянный страх перед берберами и резкое ухудшение условий жизни в столице
подорвали престиж Вадиха. Понимая, что в военном отношении кордовские ополченцы
уступают опытным воинам-берберам, он попытался вновь вступить в переговоры с ал-
Муста'ином. Посланник Вадиха, однако, был убит кордовскими воинами, остановить
которых не могли ни Хишам, ни его новый хаджиб. Престиж Вадиха после этого пал еще
ниже, н воины в открытую выказывали неуважение к нему. Когда же кордовцы решились
наконец предпринять отчаянную вылазку, Вадих, понимая, чем это может кончиться,