неволю людей, в рабство продавали и детей. Анскар (род. ок. 801 г., ум. в 865 г.), как мы
читаем в его житии, покупал славянских и датских детей, чтобы сделать из них хороших
христиан [221, с. 36, 71]. Не все, разумеется, руководствовались столь благородными
целями, однако и в этой области были и спрос, и предложение. Некоторые дети попадали
на рынки рабов, будучи похищенными4 , но были и такие, кого в рабство продавали
собственные родители. Вениамин Тудельскнй (вторая половина XII в.) рассказывает, что
жившие в Чехии евреи называли эту страну Ханааном из-за обычая местных жителей
продавать своих детей в рабство [223, с. 65]. Насколько можно судить, особенно
многочисленными были подобные случаи в голодные годы, когда родители стремились, с
одной стороны, избавиться от лишних ртов в семье, а с другой - дать ребенку некоторую
надежду на выживание.
Из перечисленных путей, по которым люди попадали в рабство, особую важность имел, очевидно, плен. Только бесконечные войны и набеги могли обеспечить число рабов,
необходимое для широкомасштабной торговли. Поскольку пленников было много, они
продавались дешево, что, несомненно, привлекало покупателей. Скупка крестьян или
детей вряд ли могла обеспечить столько же <живого товара>. Для феодалов крестьяне
были источником дохода, и продавать их означало бы эти доходы уменьшать. В отношении
детей работорговля действительно могла быть развитой, однако маловероятно, чтобы
рабы-сакалиба, которых мы видим в восточных источниках, были в подавляющем
большинстве угнаны в рабство детьми. Доставка рабов в Испанию предполагала долгий
путь почти через половину Европы, возможно, по морю или по горным перевалам, а
также, во многих случаях, предварительную операцию по оскоплению. Представим себе
средневекового славянского ребенка, которому предстоит совершить такое путешествие. В
пути его ждут непривычные климатические условия, естественные тяготы переходов,
постоянное недоедание и, наконец, жестокость надсмотрщиков. Ибрахим Ибн Йа'куб
отмечал, что славянам трудно преодолевать путь в Италию, так как они привычны к
холоду и крайне плохо переносят южную жару [232, с. 337]. Если такое говорилось о
взрослых, что можно сказать о детях? Естественно было бы считать, что юноши или
взрослые, лучше детей переносившие тяготы пути и операцию по оскоплению,
составляли, по меньшей мере, немалую часть тех рабов, которых мы видим в исламских
странах.
На описываемом направлении работорговля, посредством которой славянские рабы
попадали в исламский мир, велась преимущественно иудейскими купцами-рахданитами.
О том, что они занимались работорговлей, говорится во многих средневековых
документах. В одном еврейском документе IX в. речь идет о еврее, по-видимому, торговце, прибывшем в какой-то порт с рабами и малолетними скопцами, которые впоследствии
были конфискованы портовыми властями [408, т. 1, с. 289]. Об иудеях-работорговцах
говорит в середине того же столетия и Ибн Хордадбех, от которого мы узнаем, что
рахданиты привозят на восток евнухов и прочих невольников, девушек и юношей [134, с.
153]. V Ибн Са'ида, ссылающегося на более ранние источники, мы читаем, что в
правление андалусского эмира 'Абд ар-Рахмана И (822-852) какой-то иудей-работорговец
проходил с приобретенными им в Галисии невольниками через Мериду [269, т. 1,с. 151].
Из IX в. до нас дошло и несколько официальных документов, дававших иудеям право
торговать рабами во Франкском государстве, - привилегии, данные Людовиком
Благочестивым (814-840) рабби Донату и Са-муэлю[169,с.
309,№30],лионцамДавидуиИосифу[169,с. 310,№31], сарагосцу Аврааму [169, с. 325, №
52]. Все документы содержат стандартную формулу: <разрешается покупать иноземных
рабов и продавать в пределах нашего королевства>, - употреблявшуюся, видимо, и в
других подобных случаях. В начале X в. иудейские работорговцы упоминаются в
таможенном установлении Раффелыитеттена, содержание которого будет
проанализировано ниже [162, т. 2, ч. 2, с. 252]. В X в. иудейские работорговцы также
фигурируют как в восточных, так и в западных источниках. В начале XI в. мы видим, как
они покупают крестьян у маркграфа Гунцелина, а зимой 1085 г. Юди-та, мать польского
короля Болеслава III Кривоустого (1102-1138), незадолго до своей смерти выкупает
христианских рабов у иудейских работорговцев [171, т. 9, с. 445].
Рахданиты торговали не только невольниками. Ибн Хордадбех сообщает, что они ввозили
в исламский мир также парчу, меха и мечи [134, с. 153]. Большое значение в деятельности
рахданитов имела торговля тканями. В конце X в., как узнаем мы от ал-Мукаддаси, слово
<рахданит> значило то же, что <торговец легкими хлопчатобумажными тканями> или
<торговец бязью> [76, с. 30]. Но и торговля невольниками была для рахданитов важна, так
как приносила значительные доходы. О том, какую прибыль получали работорговцы с
каждого проданного мусульманам невольника, свидетельствует следующий расчет. Абу
Хамид ал-Гарнати купил в Венгрии двух рабынь, одну за десять динаров, другую, девочку
восьми лет, за пять. Десять динаров, по его сообщению, были обыкновенной ценой за
