Льюис лишь печально улыбнулся. Затем он наклонился к ящику в своем столе, достал оттуда маленькую коробочку и протянул ее девушке. Юнис заинтересованно взяла ее в руки и немедля открыла. На дне лежал маленький плеер с наушниками.
– Я долго думал, что может скрасить жизнь за стеной, – объяснил Льюис, пожав плечами. – Вероятно, только музыка…
О лучшем подарке Юнис и не мечтала. Она рассматривала плеер, предвкушая, как спрячется в этом маленьком устройстве от мира за стеной.
– Спасибо, – тихо прошептали ее губы.
– Тут собрание старых песен, которые были популярны еще до войны.
– О чем тогда пели люди? – задала вопрос девушка, усмехнувшись себе под нос. Во всем Конфиниуме было практически невозможно услышать музыку. Любые проигрыватели были дорогими для жителей маленьких городов. А если кто-то решал исполнить какую-то песню сам, то она всегда оказывалась мрачной, да и звучала не так хорошо. Лишь в фильмах, которые показывал Карло в Стеллакливе, можно было услышать настоящую музыку.
– О любви… о дружбе, о счастье, – стал перечислять Льюис. – И о своих страхах, потерях и боли – обо всем, что их волновало.
– Я однажды в фильме услышала старую песню, – задумчиво произнесла Юнис, отдавшись воспоминаниям. – В ней пелось: «как прекрасен мир», и я спрашивала себя, как мог быть тот мир прекрасен, если постоянно происходили войны, гонения, жестокость? Я думала, что мы живем лучше – в постоянстве, в гармонии, в вечном лете… А теперь сложно ответить, чей мир лучше.
– Наш мир прекрасен в любое время, – сказал Льюис. – Стоит людям перестать делить его на части и оглянуться вокруг.
– Думаешь, я увижу что-то прекрасное за стеной? – горько усмехнулась Юнис.
– Кто знает, – пожал мужчина плечами. – Если ты будешь внимательно смотреть, то…
– Я должна стать убийцей, Джаред, – обреченно произнесла девушка, строго взглянув на доктора. – Вряд ли во мне останется хоть что-то человеческое…
Льюис опечалено посмотрел на Юнис, словно огорчившись ее словам. Иногда Юнис казалось, что он не хочет слышать о мире за стеной и его ужасах. Почти каждый раз он переводил разговор на другую тему. Но сегодня Льюис не стал убегать.
– Я знаю, это страшно, – произнес мужчина и украдкой взглянул на фото своей жены. – Я тоже в каком-то роде убийца…
– Нет, ты помогаешь людям…
– Я смотрю за их муками и ничего не делаю, – ледяным голосом бросил он. – Позволить кому-то умереть – то же самое, что убить его. Но это моя судьба, и я ее принял. Каждый год готовлю людей к смерти и наблюдаю за их страданиями. Я должен был давно зачерстветь и привыкнуть к смерти, но каждый раз я не могу сдержать слез, когда кто-то умирает в этих злосчастных палатах, – Льюис указал рукой на сердце. – Потому что пока мы кого-то любим, пока мы способны на сочувствие, мы остаемся людьми. Помни о своей семье, и ты навсегда останешься человеком.
Юнис схватила пальцами медальон, что висел на шее и вдруг почувствовала, что в ней появилось столько сил! Так много сил, чтобы заплакать! И тут ее прорвало…
– Я ужасно по ним скучаю! – девушка закрыла лицо обеими руками, громко зарыдав. Только сейчас она так ярко и отчетливо осознала, что больше никогда не увидит семью. – Я так хочу домой!
Льюис снял с носа очки и потер уставшие глаза, которые он не смыкал всю ночь. На столе были разбросаны листы с рисунками Юнис, которые она создавала, читая книгу Говарда. Руководствуясь подробными описаниями из текста, девушка моделировала на бумаге диких зверей и растения, которые обитали за стеной; ловушки, которые расставляли дикари, и некоторые их орудия; знаки, которыми малумы помечали свои территории; а также различные схемы, помогающие разобраться в том или ином механизме на корабле. И теперь Льюис заканчивал записи, которые вела Юнис на обороте иллюстраций, чтобы сшить их воедино в одну книгу. Он надеялся, что знания, вложенные в их совместное детище, помогут выжить Юнис и другим абсолютам.
Поставив заключительную точку, мужчина бросил взгляд на кресло в углу комнаты, на котором мирно спала рыжеволосая девушка, свернувшись в клубок и невинно посапывая. Перед ней горел настенный экран, на котором играла последняя сцена из фильма «Форрест Гамп», который попросила включить Юнис. «Я буду ждать тебя здесь», – произнес высокий мужчина, провожая своего сына в школу. Льюис слышал эту реплику уже много раз, но сейчас произнесенные героем слова воспринимались как-то по-особенному.
Мужчина засмотрелся на летящее по экрану перышко и очнулся от задумчивости только тогда, когда заиграла знакомая мелодия и на темном фоне потянулись бесконечные титры. В кресле недовольно застонала Юнис и снова утихла. Накопившаяся усталость все-таки ее поборола, и она уснула, так и не досмотрев фильм до конца.
Льюис ласково улыбнулся и тут же почувствовал невероятную тоску. Ему казалось, что ничто не должно потревожить сон этой девушки, но чувство нагнетающей тревоги никак не оставляло его сердце – вот-вот остановившееся ненадолго время снова помчится вперед, приблизив необратимый миг разлуки.
