— И что вы собираетесь делать? — спросил сутенер.
— Делать? — тупо повторил Дорт. Он посмотрел на сутенера и игроков, сидящих за столом. Скрыться прямо сейчас он не мог. Это уронило бы его престиж в обществе, где он вращался. — Делать? — снова повторил он с нарастающим возбуждением. — То, что должен был сделать еще год назад — убить его. Где он?
— Я провожу вас, — с готовностью предложил сутенер.
Игроки за столом переглянулись и быстро встали.
— Подожди нас, Том, — сказал один из них. — Это будет забавно.
Когда они пришли в гостиницу, Макса там уже не было. Но клерк сказал, что его можно будет найти завтра в два часа на скотном дворе. Он и сам собирался встретиться с ним, чтобы получить доллар за комнату в гостинице.
Дорт швырнул на прилавок серебряный доллар.
— Забери. Я получу вместо тебя.
Облокотившись на изгородь, Фаррар наблюдал, как Макс подгонял бычков к кормушке. Рядом с ним стоял какой-то мужчина.
— Этот мальчик превосходно сидит в седле, — сказал он, не глядя на незнакомца.
— Да, — уклончиво ответил тот. Закончив сворачивать сигарету, он сунул ее в рот и обратился в Фаррару: — Спички есть?
— Есть, — ответил Фаррар и полез в карман. Достав спички, он протянул их соседу. Но рука его застыла, когда он увидел в руках незнакомца кисет.
Тот заметил его взгляд.
— Что это тебя так заинтересовало?
— Кисет, — ответил Фаррар. — Никогда не видел ничего подобного.
— Еще бы, — рассмеялся бандит. — Он сделан из сиськи краснокожей и хорошо защищает табак от сырости. И носить его удобно — тонкий. — Фаррар резко повернулся, чтобы предупредить Макса. — На твоем месте я не делал бы этого, — тихо сказал бандит.
Позади Фаррара послышался шорох, и он догадался, что за его спиной стоит человек. Он беспомощно смотрел на Макса, закрывшего ворота и скакавшего к ним.
— Ты хорошо скачешь, мальчик, — сказал бандит и кинул Максу кисет. — На, закури.
Макс легко поймал кисет.
— Спасибо, мистер, — сказал он, и, посмотрев на кисет, перевел взгляд на незнакомца. Лицо его стало белым. Кисет выпал из его рук, и табак высыпался на землю. Он в упор смотрел на бандита. — Я бы никогда не узнал тебя, если бы ты не сделал этого.
— Я думаю, что это из-за бороды, — грубо рассмеялся Дорт.
Макс попятился.
— Да, ты один из тех, теперь я узнаю тебя.
— Да, я один из тех, — сказал Дорт и положил руку на револьвер. — Ну и что?
Непроизвольно Фаррар и все, кто находились рядом, раздвинулись.
— Не делай ничего, Макс, — хрипло прокричал Фаррар. — Это Том Дорт. Ты не знаешь, как он быстр.
Макс не отводил глаз от лица Дорта.
— Мне все равно, мистер Фаррар. Я убью его.
— Ну доставай свою пушку, краснокожий, — сказал Дорт со злостью.
— Я подожду, — мягко ответил Макс. — Я хочу, чтобы ты умирал медленно, как моя мама.
Лицо бандита налилось кровью.
— Доставай, — заорал он. — Доставай, проклятый сын дешевой краснокожей шлюхи. Доставай, черт бы тебя побрал.
— Я не тороплюсь, — спокойно ответил Макс. — Я не буду стрелять тебе в голову или в сердце. Первым делом я отстрелю тебе яйца, потом продырявлю брюхо. Я хочу посмотреть, как ты будешь подыхать.
Дорт чувствовал нарастающий страх. Боковым зрением он видел, что за ним наблюдают. Он посмотрел на Макса — губы плотно сжаты, в глазах ненависть.
— «Сейчас, — подумал Дорт, — Сейчас я покончу с тобой». Внезапно его рука рванулась к револьверу. Фаррар заметил это движение, но не успел и моргнуть, как в руке Макса сверкнуло оружие. Дорт даже не вытащил револьвер из кобуры, когда раздался выстрел. Бандит упал на колени в грязь, зажав руками промежность. Макс стал медленно приближаться к нему. Дорт поднял руку к лицу и посмотрел на стекавшую между пальцев кровь.
— Сукин сын, — завопил он, судорожно хватая упавший в грязь револьвер.
Макс подождал, пока Дорт поднимет револьвер, а затем дважды выстрелил. Пули отбросили бандита на спину. Он лежал, дергаясь в конвульсиях. Макс подошел ближе и встал, разглядывая его. В его руке дымился револьвер.
Спустя два дня Максу было дано право выбирать: вступить в армию или предстать перед судом. Все говорили о войне на Кубе, и судья был настроен очень патриотично. Макс мог бы доказать, что действовал в рамках самообороны, но он даже не воспользовался показаниями свидетелей.
Ему еще предстояла встреча с человеком, имени которого он даже не знал.
Невада зашевелился на диване. У него появилось ощущение, что в комнате кто-то есть. Машинально он потянулся за сигаретой, и когда его рука, ухватив пустоту, опустилась на край дивана, он окончательно проснулся.
Несколько секунд он соображал, где находится, затем сел и потянулся к висевшим на кресле брюкам. Сигареты оказались в правом кармане, он достал одну и чиркнул спичкой. Пламя осветило темноту, и Невада увидел Рину, сидящую в кресле и смотрящую на него. Он глубоко затянулся и загасил спичку.
— Почему ты не спишь?
— Я не могу спать. Я боюсь. — Она глубоко вздохнула.
— Боишься, Рина? Чего?
— Того, что со мной случится.
Невада тихонько рассмеялся.
— У тебя все есть, ты молода, впереди целая жизнь.
В темноте лицо Рины казалось бледным пятном.
