Пулю – тоже никто не услышал. Она прилетела в абсолютной тишине, пробила бинокль, но не разлетелась и попала военному амиру Джайш аль Фатихин выше переносицы. Даже почти на двух километрах – энергия пули была столь велика, что верхняя часть черепной коробки разлетелась на куски и всех, кто стоял наверху – забрызгало мерзкой, теплой и липкой жижей. Военный амир, который начинал еще с того, что отрезал головы сирийским христианам, потом продолжил делать то же самое в Ираке, Пакистане, Таджикистане, Узбекистане, Кыргызстане, Казахстане – начал валиться назад, сбив с ног одного из кавказских амиров, что забрались на крышу машины, желая лично участвовать в импровизированном военном совещании – и он полетел вниз, на землю, инстинктивно обхватив труп и утробно крича от страха…
– Аллах Акбар! – заорал кто-то… – Аллах Акбар!
Пулеметчик на пикапе – развернул свое оружие и открыл огонь по едва видному вдалеке дому – но без оптики и без нормального целеуказания – попадание могло быть только случайным.
– Аллах! Аллах! Аллаху Акбар! Аллаху Акбар! Аллаху Акбар!
Подключился второй пулемет. Участники совещания – прыгали с крыши внедорожника, один поторопился, приземлился плохо, нога подвернулась и он упал и заорал по-русски: Нога, нога! К нему подскочили его люди, потащили за машину.
– Абу Ицхак шахид! Шахид!!!
Несколько автоматчиков – открыли огонь неведомо куда. Русские тоже ответили – ударил крупнокалиберный пулемет, откуда-то слева – просверкнули трассы автоматической пушки – БТР или БМП. Прошли выше… но это уже полная…
– Уходим! Уходим!
Машины стали резко сдавать назад, огрызаясь огнем. Кого-то – протащили на руках и забросили в банковский броневик… на асфальте осталась только редкая дорожка багровых капель с кусочками какой-то мутной, бурой дряни…
– Есть… – не обращая внимания на доносившийся с крыши грохот пулемета, Лось смотрел в свою трубу на творившееся на трассе безумие – точно. Как по учебнику сработала.
Наташа – сдвинула назад затвор, поймала гильзу и засунула в карман, где было уже две таких. Потом надо переснарядить. Вложила новый патрон в порт и затвором – продвинула его вперед. В магазине – патроны лучше не держать, высокоточные патроны не любят отдачи. Может носик замяться…
– Я знаю…
Машины – вломились во двор большого коттеджа, в нескольких дворах от них – коттедж был явно «городской» с подземным гаражом и высоченным забором из красного кирпича, на который пошло едва ли не больше кирпича чем на сам дом. Амир русского джамаата Абдульхак аль-Руси пошел посмотреть, что происходит – сделав знак рукой: за мной не ходи…
В обширном дворе коттеджа, который раньше был засажен какими-то экзотическими розами – была полная кутерьма. Стояли машины, все ругались, кричали – в выражениях никто не стеснялся. Часто ругались на русском – русский мат был уже интернациональным.
Амир русского джамаата Абдульхак аль-Руси подошел к одному из боевиков, тихо спросил:
– Что произошло?
– Амир Абу Ицхак шахид инша’Аллагъ.
– Он один?
– Да.
– Как?
– Подъехали по дороге, на машину полезли… Снайпер…
Это плохо…
Командующего фронтом, амира Абу Ицхака похоронили через час, на задах коттеджного поселка, наскоро выкопав могилу – все в соответствии с шариатом Аллаха. Похоронили как шахида, не переодевая и не обмывая. На могиле – несколько амиров дали клятву вырезать всех русистов в городе, когда они его возьмут…
Потом – собрались на оперативное совещание, которое здесь правильно называлось «шура моджахедов». Но так как большинство амиров имели военный опыт – одни называли его «совещание», как принято в российской армии, а другие – брифинг, как было принято в афганской армии, учившейся у американцев.
