— Я сам его оботру, — Сканд отмахнулся от тоги и, взяв полотенце сел на кровать. Лекс положил ему голову на бедро и попытался уснуть снова, — сахарочек, вставай. Ты должен затмить всех своей красотой. Сегодня ты принесешь во дворец и зеркало, и булатный меч, и это станет вехой для всего города. Вставай, весь город ждет твоего появления.
Сканд протирал влажную спинку любимому и ловил дрожь на коже, как отголоски ночных безумств. Лекс заинтересованно приоткрыл глаза и задумался. Сканд тем временем стал обтирать бедра мужа, время от времени проводя по попе. Лексу в какой-то момент показалось, что его облизывают широким, холодным языком, как несмышленого ребенка. От подобной мысли рыжик открыл глаза и стал решительно выбираться из кровати.
— Ты прав. Сегодня знаменательный день! — Лекс сел и перекривился, натруженная попа в отместку прострелила вдоль позвоночника. Рыжик перекатился на одно полупопие и треснул Сканда по руке, — сволочь! Я сесть не могу!
— А зачем тебе сидеть? — искренне удивился амбал, довольно ощерившись, — вначале ты будешь лежать в паланкине, потом ходить рядом со мной, а потом лежать возле меня на праздничном пиру. Мне так даже спокойнее будет, может, сегодня тебя попа удержит от приключений?
— Кто знает… — глубокомысленно ответил Лекс и встал с кровати.
На него сразу набросилось несколько человек, одни обтирали его влажными полотенцами, другие пытались одеть и обуть, а Олива сразу вцепилась в волосы, пытаясь разобрать пряди, сбившиеся за ночь в колтуны. Лекс кривился и терпел, он уже понял, что с Оливой спорить бесполезно, в крайнем случае, он выслушает часовую нотацию, а потом упрямая женщина все равно поступит так, как считает правильным. Поэтому стоило сэкономить себе время и нервы и сразу согласиться с тем, что она решила. Лексу, в принципе, было все равно, что надеть из одежды и драгоценностей. А вот для Оливы каждая мелочь была важна.
Олива опять нарядила хозяев в одежду одинаковых цветов. На Лексе была лимонная туника и васильковая тога, которая красиво подчеркивала цвет его глаз, и волосы не казались вызывающе красными, а вот Сканд получил васильковую тунику и лимонную тогу. Она красиво сочеталась с загорелым лицом и черными волосами. И от украшений Сканд сегодня не отбился. Олива выдала ему широкие золотые браслеты с синими кабошонами. А украшения Лекса состояли в основном из золотых цепочек, которые везде свисали и обвивали его, как змейки.
Лекс потряс руками, пытаясь привыкнуть к цепочкам, а потом сжал край тоги, перекинутой через локоть, и решительно направился в теплую комнату к заветному сундучку. Там оставался еще небольшой запас фараоновых змей. Лекс покрутил в руке весь запас — двадцать таблеточек различного диаметра и, подумав забрал их все. Если с Чаречаши прибыли колдуны, то стоило подстраховаться от любых неожиданностей. Он решительно затянул завязки на маленьком мешочке, лучше вернуть остаток домой, чем не хватит совсем малости. В комнату заглянул Сканд, и Лекс спрятал мешочек в складках тоги на локте. В этом наряде не было карманов, и в случае необходимости мелкие вещи засовывали за пояс или вешали в мешочках на завязках. Носить мешочек на виду не хотелось, чтобы не привлекать к нему ненужного внимания, поэтому рыжик устроил мешочек на сгибе локтя в складках тоги и коротко помолился всем богам, чтобы он не вывалился под ноги в самый неподходящий момент. После этого захлопнул крышку сундука и решительно отправился следом за мужем.
На кухне дети и слуги сидели вперемешку и ели сладкую кашу. Лекс сглотнул голодную слюну, Тиро, заметив это, протянул ему лепешку, которую он сможет пожевать в пути, на другую еду уже не осталось времени. Во внутреннем дворе хозяев уже дожидались паланкин для Лекса, небольшие носилки, на которых четверка учеников-стекловаров несла зеркало, завернутое, как наложник, в тонкое покрывало. И нарядно одетый Броззи, который держал на вытянутых руках меч Шарпа в парадных ножнах. Лекс вздохнул и устроился в открытом паланкине. После вчерашних путешествий паланкин воспринимался уже привычно. Рыжик засунул подушку под локоть и отщипнул кусок лепешки. Это, пожалуй, единственная еда, которая не оставит жирных пятен на одежде.
За воротами их встречали монахи и толпа зевак, которая дожидалась их выхода. Всем было любопытно взглянуть на подарки, которые они везли во дворец. В городе уже слышали о зеркалах, а некоторые счастливчики даже видели их издали, но слухи уже бурлили в головах людей. Лекс довольно ухмыльнулся, похоже, сплетни — это самая сильная реклама в любом из миров. Все зрители тыкали пальцами в сторону громадного зеркала, которое таинственно поблескивало серебром через тонкую ткань, и обсуждали возможную стоимость такого подарка.
