Большой зал был не просто большой, а громадный! Пожалуй, побольше, чем Парадный зал во дворце Шарпа. Громадное пространство, не поймешь, как они решили вопрос с потолочным перекрытием. В коридоре это были арки и купола, у Шарпа колонны поддерживали световые окна сквозных проемов, а здесь потолок, казалось, держался в воздухе, как по волшебству. Но сильно крутить головой не получилось. Оказывается, все те люди, что толпились в коридоре, дожидались именно их, чтобы войти в зал следом.
Впереди виднелось возвышение подиума, на котором стоял стол. Там уже сидел Чаречаши и, в отдалении, Лейшан. Лекс почувствовал раздражение, глядя на их довольные лица, захотелось сделать хоть что-нибудь назло, поэтому он подцепил пальчиком нитку жемчуга и рванул. Жемчужины водопадом запрыгали в разные стороны. Братец довольно улыбнулся, заметив наряд Лекса, а тот оборвал следующую нитку, хоть шее будет легче без мониста.
- Что ты делаешь? - поднял брови Сканд, - если уж не нравятся бусы, то просто сними. Ты что, не видишь, что творится за спиной?
- Нет, - Лекс с раздражением передернул плечами и рванул следующую нитку. Жемчуг ручейком потек по плечам и запрыгал по полу. За спиной послышалось ойканье и возмущенное шипение, - а нечего смотреть на мой зад! Пусть лучше под ноги себе смотрят! И потом, если жемчуг – это слезы, то пусть тоже поплачут. Где они все были, когда ты увозил меня?
- Узнаю своего братика! - Чаречаши, похоже, услышал его слова и встал из-за стола, - как я скучал по тебе, вредина! Не ожидал увидеть тебя в твоем прежнем наряде. Даже не рассчитывал, что муж позволит тебе так одеться.
- Ты поселил нас в моей старой комнате, - Лекс обворожительно улыбнулся, - я решил, что если и вспоминать, то все!
У Чарешачи дернулось лицо, но он быстро взял себя в руки. Лекс еще шире улыбнулся, он не Ламиль, он сможет при желании заставить глаз брата дергаться нервным тиком.
- Вы – наши почетные гости! - Чаречаши тянул руки через богато украшенный стол, он и сам был под стать своему дворцу. Богатый халат, расшитый золотом и стеклярусом, золотые ожерелья. На голове самый настоящий тюрбан с громадной брошью посередине.
– А где же мой возлюбленный Ламиль?
- Он перебирает наряды и выбирает украшения, - Лекс провел руками по голым бокам и бедрам, - это дело долгое и ответственное! И, кроме этого, он еще маловат и устал с дороги. Поужинает сегодня в своей комнате.
- Не буду с тобой спорить, - затряс головой брат, - у моего невинного избранного Ламиля уже сейчас сильный характер, чувствуется твое воспитание. Ты тоже был упрямым ребенком. Но я знаю, как договориться с младшим!
Чаречаши засветился довольной улыбкой и погрозил кому-то пальцем, а Лекс вспомнил «детский» сундук с украшениями Качшени. Похоже, брат откупался от младшенького и гасил подарками любые капризы. Он глянул на Сканда, который ощерился от воспоминаний, но тот мудро промолчал. Зачем лишать человека собственных иллюзий? Ламиль, конечно, примет в жадные ручки любые подарки, но вот только, если он решил что-либо сделать, то отговорить или запретить ему мог только Лекс. Он даже Киреля не слушался. Все в империи боялись Первосвященника, а Ламиль мило улыбался ему в лицо, а за спиной делал, что хотел сам, а в случае, если его начинали ругать, делал такую несчастную моську и так красиво ронял слезки, что взрослые махали рукой на воспитание и начинали утешать непонятливого ребенка. Ламиль сразу делал честные-пречестные глаза и уверял, что он не понял раньше и больше так не поступит, но если в следующий раз ему что-либо приходило в голову, то он опять игнорировал чужие запреты. И только суровый взгляд Лекса и недовольно поджатые губы могли удержать его от очередной авантюры.
- Но что же мы на ногах? - всполошился Чаречаши, - садитесь за мой стол, как почетные гости. Непобедимый Сканд со стороны меча, а ты, мой любимый братик, со стороны сердца!
И показал на место между собой и Лейшаном, тот был одет так же нарядно, как и Чаречаши, разве что брошь на тюрбане поменьше, да на шее ожерелье потоньше. Но глаза у него сверкали, как у кота, который сейчас наконец получит долгожданный кусок вырезки.
- Ну уж, нет! - теперь Лекс махал пальцем на старшего брата, - я привык сидеть рядом с мужем и есть с ним из одной тарелки.
- Но, Лекс… - начал что-то укоризненно говорить эмир.
- Вот еще! - рыжик упер руки в боки, как сварливая женушка, - оставить мужа одного и позволить ему есть, что захочется? Нет! Все вкусные кусочки с тарелки мужа – мои по праву!
- Сканд?
- Таковы реалии семейной жизни, - довольно оскалился муженек и, прихватив за талию свою половинку, поволок на место.
