С тяжёлыми мыслями, под конвоем суровой дамы, Игорь Шамраев поднялся в кабинет Бобкова и коротко доложил о полном отсутствии версий для оперативно-розыскных мероприятий. Найденная на станции стрелка часов – вот и все улики на сегодняшний день.
Ты, майор, не переживай, – спокойным тоном неожиданно начал генерал, – пятёрка наша не на высоте, есть такое, зато парни из второго отработали на пять баллов! Ты всех свидетелей уже собрал?
– Филипп Денисович, как их всех собрать. Двадцать человек по взрыву в метро уже нашли, десяток по магазину, еще десяток по мусорке… Все это или не все, трудно сказать. Наверняка не все. Кого-то допросили, кого-то нет, тут еще непочатый край работы. Выходные же были. Как людей искать?
– Допустим, – допросить не реально, но собрать можно всех. Поквартирный обход делали? Наверняка какие-нибудь старушки-процентщицы сидели и в окна глазели.
– Камельков лично обошёл часть квартир, на остальные участковых подключил.
– Хоть участковых догадались подключить… А дворников подключили?
– Дворники же не сотрудники, как при царе, как их подключать?
– Подумай и подключи! Иди, работай, майор, всему вас учить надо. И пригласи Камелькова.
Свидетелями занимался Камельков Александр Петрович, капитан госбезопасности. От пристрастия к алкоголю нос у капитана имел характерный синюшный оттенок, за что его за глаза в комитете называли Баклажаном. В понедельник он уже заканчивал оформление допроса продавщицы и дежурного лейтенанта, которым помог составить словесный портрет генерала, заметившего сумку с бомбой Баклажан, по картотеке министерства обороны, даже нашёл фотографию странного участника событий. Герой Советского Союза, штурман дальней авиации генерал-майор в отставке Алейников. Капитану показалось подозрительным, что штурман почему-то назвал себя сапёром. Кстати, по словам машиниста поезда, в котором сработало взрывное устройство, про бомбу в вагоне говорил тоже какой-то, якобы, сапёр. Капитан поделился с начальством идеей, допросить вежливо и аккуратно генерала.
Как ни странно, но в этот раз мнение Бобкова совпало с мыслью подчинённого. Добро на привлечение Алейникова в качестве свидетеля капитан получил.
– Да, я был 8 числа в магазине № 15. Что я там делал? Капитан, как по твоему, что люди делают в магазине? – седовласый генерал смотрел на гэбэшника спокойно и немного свысока, как на недоумка. – Вот и я зашёл по пути сыру купить. Почему не рядом с домом? Потому что так получилось: увидел магазин, вспомнил, что жена просила сыру купить, вот и зашёл. Как заметил чёрную сумку? Так штурман должен быть внимательным, профессия обязывает. А меня в чём-то подозревают?
Баклажану стало немного неловко. Дурацкая всё-таки работа… Получалось так, что он вместо того, чтобы поблагодарить человека спасшего, по сути, посетителей этого злосчастного магазина, вроде как, подозревает его неизвестно в чём.
– Ни в коем случае, уважаемый Сергей Петрович! Ни в коем случае! Нам надо просто найти следы тех паразитов, что хотели совершить это преступление. Следов то никаких после взрыва не осталось. Поэтому всех кто там был опрашиваем.
– Я тут мало чем могу вам помочь. Зашёл в магазин. Прошёл к витрине, посмотрел на товар. У витрины увидел сумку. Хотел сначала поднять и спросить чья, думал, может, забыл кто, наклонился и услышал характерное тиканье. Сразу понял, что может быть и ВУ. Скомандовал эвакуацию, а сам пошёл вызывать подмогу. Сапёром назвался, чтобы лишних вопросов не задавали.
– А про взрыв в метро что-нибудь слышали?
– Метро взорвали? Ого! Кто-то какие-то требования выдвинул?
– Как ни странно, никаких требований, никаких звонков, просто три взрыва в Москве.
– Был ещё и третий? Ну и дела!
– Да, такие дела. Прямо в урне на 25 лет Октября. К счастью ущерб, как и в вашем случае, только материальный. В метро тоже нашелся кто-то внимательный. Назвался сапёром, также как вы. Заметил и машинисту сообщил. На «Электрозаводской» пассажиров эвакуировали, а на «Измайловской» рвануло.
– За выходные нашли что-нибудь? – заинтересованно спросил ветеран. Ведь уже двое суток прошло.
– Не могу ничего вам по этому поводу сказать, секретная информация, сами понимаете. А вы ничего подозрительного около магазина не заметили? – вернулся к главной теме капитан.
– Мельком разве что, в дверях столкнулся с каким-то мужиком в чёрном… Точно! И сам кучерявый такой брюнет, и одет во всё чёрное, из кавказцев, наверное. Он ещё лицо отвернул, когда со мной в дверях столкнулся, поэтому я только его волосы и запомнил.
– Вот видите, товарищ генерал-майор, всё-таки от нашей беседы какая-то польза есть. Сейчас я вызову продавщицу и мы её про этого брюнета спросим. Она его могла видеть в лицо. А с вами я вынужден попрощаться, рад знакомству! – Камельков встал и протянул руку для прощания.
Алейников ответил на рукопожатие, не торопясь натянул на голову папаху – ладно, капитан, звони, если вопросы появятся.
Продавщица действительно вспомнила какого-то чёрного невзрачного мужчину, который тёрся у витрины среди покупателей.
