– Он самый, – Гуров протянул руку. – Ну, бывай, Викторович, пошел я бумагами шуршать, чтоб их…
– Плюнь на них, Лева. Я ведь знаю, что ты бы сейчас лучше другим делом занялся, – он кивнул на контейнеры, – чем бумажной работой…
– Кто бы меня спрашивал, что я хочу, а чего не хочу, – хмуро заметил Лев Иванович. – Вот и Орлов меня по этому поводу к себе вызывает. Отчеты, говорит, пора сдавать…
– М-да, – не нашелся, что ответить Углов и только сочувственно и понимающе посмотрел на Гурова.
Лев Иванович еще раз распрощался с оперативником и, с сожалением окинув территорию, огороженную ленточкой, направился в сторону Главного управления МВД.
– Так что там за тело нашли возле храма? – Орлов был явно заинтригован тем, что кого-то убили практически под носом у работников министерства. – Кого убили?
Гуров сел за стол неподалеку от начальника и, сложив руки замком, приготовился к выволочке за не вовремя сданные отчеты. Вопрос Петра Николаевича несколько озадачил его.
– Тело женщины, примерно тридцати двух лет, без головы, было запаковано в черный полиэтиленовый мешок для строительного мусора и сброшено сегодня ночью рядом с мусорными контейнерами у храма, – ответил он после некоторого молчания.
– Совсем уже обнаглели, – покачав головой, сурово заметил Орлов. – Как думаешь, специально рядом с нашим управлением скинули тело? Или – это дело случая?
Гуров задумался. Такой вариант событий отчего-то не приходил ему в голову. Поэтому он не стал напрямую отвечать на вопрос начальника, а сказал:
– В мусорном контейнере был найден еще один мешок. В нем была женская сумочка, в которой лежали мобильный телефон и паспорт на имя Тарасовой Светланы Владимировны. Думаю, что такое совпадение, как женское тело без головы и женская сумочка с документами, – отнюдь не совпадение. Предполагаю, что их скинули одновременно. Ну а насчет твоего вопроса я даже и не знаю, что ответить.
– Кто с Петровки приехал на вызов? – Орлов явно больше самого Гурова заинтересовался этим делом.
– Викторович. Углов Илья Викторович. Помнишь такого?
– А то – помню. А он разве…
– Уходил, говорит, – Гуров сразу понял, о чем хотел спросить его Петр, и поспешил ответить: – Уходил, а потом снова вернулся. Не могу, говорит, жить без оперативной работы.
– Наша гвардия, – одобрительно покивал Орлов. – Он справится, если дело обстоит так, как ты рассказал. Я имею в виду сумочку с документами. Ты что-то хотел сказать? – вопросительно посмотрел он на Льва Ивановича, который неожиданно закашлялся.
– Ничего, – опустил глаза Гуров и спросил: – Ты, кажется, хотел по отчетам что-то сказать.
Орлов молча и с нескрываемым интересом посмотрел на друга и подчиненного. Он прекрасно понял, почему Лев Иванович внезапно закашлялся после его слов об Углове. Оба они – и Гуров, и Орлов – понимали, что хотя Углов и принадлежал к старой гвардии сыщиков, которые начинали работать в уголовном розыске еще в девяностые годы, но оперативником он был довольно-таки посредственным. Исполнительный – да. И дела, если они простые и в них (в уликах и свидетельских показаниях) было явное указание на подозреваемого, раскрывал быстро. Но как только появлялось дело, в котором нужно было хотя бы чуть-чуть проявить мыслительные способности, то все! Оно, это дело, у Ильи Викторовича стопорилось, и без чужой подсказки или без посторонней помощи он преступления раскрывал или очень долго, или вовсе откладывал в сейф «на потом». А это «потом» могло не наступить и вовсе – и тогда дело автоматически уходило в «глухари». Работать же за Углова никто из оперов на Петровке не хотел – и своих нераскрытых дел хватало.
– А то ты сам не знаешь, что отчеты нужно сдавать вовремя, – усмехнулся Петр Николаевич. – Что мне о них спрашивать? Я тебе не нянька, чтобы подгонять делать работу, которую ты обязан делать и без подсказки.
– Вот сейчас пойду и буду делать, – недовольным голосом ответил Лев Иванович.
– А ты не ершись, – миролюбиво осадил его Орлов. – Думаешь, я не понимаю, что ты бы сейчас лучше Углову помогал, чем в кабинете за отчетами отсиживался? Все я понимаю. Более того – я даже не против того, чтобы ты помог Викторовичу.
Орлов усмехнулся, когда Гуров посмотрел на него удивленным взглядом, и ответил ему на него, встав и заложив руки за спину.
– Не нравится мне этот непонятный выпад со стороны убийцы. Для чего он скинул тело женщины не где-нибудь в другом месте, а именно в непосредственной близости к нашему управлению?
Орлов по своей привычке начал расхаживать по кабинету.
– Может, это просто случайность? Может, убийство было где-то неподалеку совершено и…
Петр Николаевич не дал Гурову договорить, перебив его перечисления различных «может».
– Вот только не надо мне тут разные догадки строить. Я их и без тебя могу сколько угодно выдумать. Мне нужна конкретика. Вдруг это некое послание нам, государственному органу внутренней безопасности от какого-нибудь маньяка или террориста? А? Чем тебе не предположение?
– Ну, не знаю… – с сомнением в голосе ответил Лев Иванович. Он все никак не мог понять, к чему клонит Орлов.
