Сам себе психолог полностью

Казалось бы, все очень просто, но это не так. Дело в том, что многими людьми данная формула понимается как призыв именно к дальнейшей критике. К словесному бичеванию, упрекам, чтению нотаций, поучениям, к описанию собственных недугов, и все это с недвусмысленным указанием на виновника всех бед. Между тем речь идет не о критике оппонента, а об описании чувств. Итак, сначала мы познакомим вас с тремя ошибочными попытками изъясниться согласно приведенной формуле, а затем - с той, которая представляется верной.

Ошибочно: Если я отпущу тебя в поход, то буду думать, что моя дочь пошла по рукам.

Ошибочно: Если я позволю тебе делать все, что заблагорассудится, какой же я буду матерью?

Ошибочно: Если я разрешу тебе пойти в поход, это даст тебе повод думать, будто ты можешь делать все, что захочешь, достаточно только уговорить меня; как же я буду воспитывать тебя после этого? Куда все это приведет, одному богу известно. В конце концов, пора и честь знать... А то еще выйдет как в тот раз, когда тебе приспичило поехать в Австрию и там у тебя свистнули кошелек с паспортом. Сколько сраму и хлопот было! Чего только я не пережила, никто об этом не ведает, никто этого не оценил, а ты и тем более. Могла бы уже и поумнеть... (тут критик входит в раж и ведет себя так, словно ударился в чтение реестра всевозможных грехов или своеобразной книги жалоб и предложений).

Верной же представляется позитивная постановка вопроса, когда делается акцент на наших чувствах, продиктованных поведением оппонента. Например:

Если бы ты пошла с друзьями в поход на выходные, я стала бы за тебя переживать.

(Когда ты делаешь X в ситуации Y, я чувствую Z)

Допустив, что все дело в нас самих, в нашей перцепции происходящего, в том, как мы воспринимаем данное явление, мы с вами оказываемся на правильном пути к эмпатической ассертивности, то есть к подходу, суть которого состоит в понимании другого человека. Разумеется, не все в нем нас устраивает, но отнюдь не потому, что мы изначально невежественны, злы и вообще отвратительны во всех отношениях. С точки зрения эмпатической ассертивности, в рассматриваемой нами ситуации можно было бы реагировать следующим образом:

А: Мамочка, я хотела бы в выходные пойти с одноклассниками в поход. Переночуем в палатке.

Б: Понимаю, что хотела бы. Мне очень жаль, но я не могу тебе этого позволить. Романтика, природа - все это понятно, однако я бы просто изнервничалась. Места бы себе не находила, зная, что ты там, далеко, с незнакомыми мне мальчишками. Мне было бы страшно за тебя, как мать я совсем бы голову потеряла.

А: О каком страхе ты говоришь, чего тут в самом деле бояться? Мы не собираемся делать ничего предосудительного. Туда поедут Юра и Томаш из нашего класса, да еще Ленка.

Б: Родители всегда чего-то боятся. Как только я не воевала со своей мамой, а вот с годами сама становлюсь такой же. Мне очень неприятно отказывать тебе в романтическом путешествии, но в пятнадцать лет два мальчика и две девочки в одной палатке - это уже слишком!

А: Ты все время клонишь к тому, что мы будем там заниматься чем-то предосудительным. Будто нельзя предположить что-нибудь хорошее. Об алкоголе и ухажерах речи не идет. Разве ты не понимаешь, как это прекрасно - посидеть вечером у костра! Чистый воздух, роса поутру... Это ведь совсем не то, что дома. Тут же сиди и смотри в этот ящик. Мамочка, ты ведь тоже была молодая, пойми меня!

Б: Я тебя понимаю, знаю, что ты сейчас испытываешь, но такова уж родительская судьба, иногда приходится быть строгой. Наш случай как раз такой. Нет, я тебя не отпускаю.

Следует отметить, что последняя фраза может стать той, которую мать впоследствии будет повторять с усердием, достойным лучшего применения, нежели при отказе собственному чаду.

Итак, вы уже имеете достаточное представление об ассер-тивности, чтобы можно было подвести некоторые итоги. С точки зрения ассертивности, поведение бывает пассивным, агрессивным и ассертивным.