И сжалась внутри, ожидая монаршего гнева: все же это было против всех правил ненавистного этикета, да и просто… некрасиво.
Однако король всего лишь вздохнул:
— Жаль… Я надеялся… — продолжать он не стал, и Викис так и не узнала, на что надеялся король Сайротноский.
Аудиенция была закончена.
Злость ушла, но общее состояние было каким-то… немирным. Видеть никого не хотелось. Есть — тем более, хотя время близилось к обеду. В горле стоял сухой ком.
К счастью, пока Викис разыскивала свои апартаменты, ей не встретился на пути никто из братства. Дойдя до комнаты, она сбросила обувь и завалилась на кровать как была — полностью одетой. Вцепилась изо всех сил в гладкое покрывало, комкая его в кулаке, глухо застонала, но потом расслабилась и постаралась дышать ровно. И закрыла глаза, отдаваясь подступающей дремоте. Показалось ли ей, что рядом, буквально на считанные мгновения, материализовался Керкис? Возможно. Но его тихий голос она слышала — во сне или наяву — вполне отчетливо:
— Все хорошо, моя девочка. Ты все правильно сделала.
Сквозь сон она слышала, как ее звали обедать, но не откликнулась, не было ни сил, ни желания. Ей не хотелось возвращаться в тот мир, который опасно пошатнулся и грозил рухнуть. Ее сказочный мир, с прекрасными принцами, великодушными королями и добрыми волшебниками. Она поспит, а мир пусть побудет какое-то время без нее. Потом она вернется, и будет отстраивать его заново. Без лишних иллюзий, в соответствии с новыми правилами.
Разбудили ее, по ощущениям, часа через два. И не прислуга, а братство, в полном составе столпившееся в дверях ее спальни.
'Какое вопиющее нарушение этикета!' — мелькнула ехидная мысль в тяжелой со сна голове.
— Вы что-то хотели? — тон ее, против желания, был сух и прохладен.
Так Викис со своими друзьями никогда не говорила. И не думала, что заговорит. Похоже, за время сна дурные мысли не выветрились до конца, просто засели глубоко внутри, отравляя и без того не слишком радужное настроение.
— Что случилось, Викис? — Тернис смотрел на нее с тревогой.
— Ничего. Просто настроение неважное.
— Это после разговора с отцом? — предположил Ренмил.
Догадливый! А может, просто знал, о чем должна была идти речь. Да что с ней такое?! Как она будет действовать в команде, если полна подозрений и не может никому доверять?
— Так. Я понял. Выйдите все отсюда ненадолго, нам с Викис стоит пообщаться наедине.
Ренмила все послушались безоговорочно, даже Тернис вышел, напоследок бросив на Викис вопросительный взгляд, но не добившись никакой реакции.
— Ай-ай-ай, ваше высочество! — ехидство неожиданно для самой Викис прорвалось наружу. — Как не стыдно девушку компрометировать! Наедине… в спальне… Или, может, с простолюдинкой не зазорно так обходиться?
Пожалуй, в этом уже было больше злости, чем ехидства. И Викис в очередной раз поразилась собственному состоянию.
— Не надо, Викис! Я не знаю, что тебе наговорил отец… Он часто так действует на людей, это тоже королевский дар… Выводит собеседника из равновесия, заставляет раскрыться, начать говорить откровенно. Чуть-чуть родовой магии — и то, что у человека на уме, оказывается у него на языке… В любом случае, он не желал тебе ничего дурного.
— Да что ты говоришь! — саркастически воскликнула Викис.
— Ты мне не веришь?
— Нет… Не знаю… Вдруг ты такой же?.. Вдруг твое дружеское расположение — это всего лишь маска… на время учебы? А под маской — чудовище, для которого ничего не значат ни чужое достоинство, ни чужие чувства?
— Я поговорю с ним.
— Зачем? — удивленно пожала плечами Викис. — Все, что могло случиться, уже случилось. И… твой отец не изменится, что бы ты ему ни сказал.
— Мой отец совершил ошибку, и я, как сын и наследник, обязан ему на нее указать. Он подорвал доверие между нами. Если мы в команде не будем доверять друг другу, может случиться что-то более страшное, чем уже произошло. Как знать, что нас ждет в этом походе…
— Ты… боишься?
— Беспокоюсь. Слишком много вопросов. Слишком много неясностей. Сомневаюсь, что мы предусмотрели всё. Тебе уже легче?
Викис прислушалась к своим ощущениям.
— Ты знаешь, да. Но я хотела бы пообщаться со своей стихией. Это очень помогает, когда на душе раздрай. Ты покажешь мне, где я могу это сделать, не привлекая к себе внимания?
— Ты сначала перекуси. Тебя на обеде не было, и мы распорядились, чтобы тебе принесли поесть. Я зайду примерно через полчаса и отведу тебя в такое место, которое тебе наверняка подойдет.
Когда Викис вышла в гостиную, там уже никого не было. Девушка вздохнула: сейчас она и сама не знала, хочется ли ей видеть друзей.
Зато обед, о котором они позаботились, пришелся как нельзя кстати — до сих пор Викис и не подозревала, как она голодна. Переживания заглушили потребности тела, заставили забыть о них, а разум, поглощенный обидой, не напомнил вовремя, что магам голодать противопоказано…
Ренмил отвел ее в открытую беседку в дальнем конце королевского сада.
— Вот. Надеюсь, тебя это устроит. Здесь обычно никого не бывает, и тебя не потревожат. Охрану я предупрежу, — и исчез.
