– Предложение очень заманчивое, – ангел смерти погладил подбородок, – но перенасыщение может тебя погубить, а я этого не хочу. Я же не могу держать тебя на привязи, а инкубы необузданны в подобных желаниях.
– Резонно, – согласился Салазар, затем, помолчав, добавил – каковы будут последствия? Архангел не должен здесь находиться… И, кстати, почему он всё ещё жив?
– Я проклял его таким образом, что он умрёт ровно в тот момент, когда я этого захочу. Пока он в Преисподней, конечно. А какие последствия ты имеешь ввиду?
– Ну, вроде бы ты забрал ангельскую душу в ад и всё такое, – пожал плечами инкуб.
– Так-так, – прищурился Самаэль, – ты общался с тем ангелом, я прав? Иначе откуда у тебя подобные мысли?
– Да, – честно признался Салазар, – он рассказал мне о произошедшем.
– Пусть не волнуется, я оставил им Наталию. С точки зрения мирового баланса – это равноценный обмен. А на самом деле – баланса как такого не существует, постоянно происходит перевес то в одну, то в другую сторону. Одной душой больше, одной меньше… Не имеет значения, – махнул рукой Жнец.
– Но ведь он архангел, это не в счёт?
– Он конечно весомая личность, но не настолько. Например, если когда-нибудь я исчезну из этого мира, моё место займёт другой, и всё останется по-прежнему.
Инкуб понимающе кивнул.
– Пока мы с тобой болтали, – закадычным голосом начал Самаэль, – у меня возникла одна идея. Поделишься со мной своей кровью?
Салазар округлил глаза от неожиданности.
– Э… Я не знаю… Смотря сколько тебе нужно…
Самаэль положил руку на плечо инкуба и переместил их в свою лабораторию. Вдоль стен располагались стеллажи с бесчисленным количеством горшков, склянок, коробочек и прочих странных предметов. По центру стоял длинный стол, накрытый черной тканью, а рядом с ним столик для хирургических принадлежностей.
Самаэль подошёл к одному из стеллажей, взял деревянную коробочку и достал оттуда какой-то серый предмет, похожий на ссохшийся кусок мяса. Он продемонстрировал его Салазару и пояснил:
– Это сердце саламандра. Мне нужно пропитать его демонской кровью, чтобы оно вновь могло биться. Так что думаю, понадобится немного.
– Мне, пожалуй, лучше не знать, что ты задумал, – глядя на засохшее сердце провёл по волосам Салазар, – но что, если я откажусь?
– Я найду, у кого взять кровь. Только спрашивать уже не буду. Хотя тогда приживаться будет хуже… – задумчиво сказал Самаэль, тоже посмотрев на сердце.
– Ладно, – выдохнул инкуб и протянул руку, – я согласен. Ты не знаешь, почему я тебе помогаю? – полушутливо спросил он.
– Мне сложно отказать, – подмигнул Самаэль.
Он убрал сердце обратно в коробочку, взял стоящую в углу капельницу и поставил её рядом с демоном. Одной рукой пережав вену на предплечье инкуба, второй он воткнул иглу. Красная жидкость побежала по трубочке в специальный резервуар.
– Не проще было сделать надрез и пролить, сколько нужно? – спросил Салазар.
– Зачем же такое варварство? Таким способом мне придётся заживлять потом рану тебе, и сколько крови пропадёт зря. А так – ни капли мимо и минимум повреждений.
Салазар отметил про себя, что Самаэль с каждой минутой удивляет его всё больше и больше. То он проливает реки крови, то заботится, чтобы ни одна капля не пропала зря. Через некоторое время мешочек наполнился, и ангел смерти вытащил иглу из руки демона.
– Благодарю, ты мне очень помог, – сказал Самаэль, переместив их обратно в тронный зал, – а теперь меня ждут дела. Мои слуги проводят тебя.
– Обращайся, – сказал Салазар и направился к выходу.
Самаэль сказал ему вслед:
– Я рассчитываю на то, что это наша маленькая тайна.
Инкуб повернулся и заверил ангела смерти:
– Конечно. Можешь не сомневаться.
***
Проводив инкуба, Самаэль вернулся в свою лабораторию. Он раскрыл мешочек с кровью и поместил туда засохшее сердце. Орган стал постепенно набухать, напитываясь влагой, и когда осталось чуть меньше трети, Самаэль сделал надрез на своём запястье и добавил своей крови. Через некоторое время сердце впитало всё до конца и теперь выглядело должным образом. Кровь демона оживила сердце, а его собственная кровь должна была дать лучшее приживление к телу ангела. Как недавно отметил ангел смерти, его кровь являлась целебной для архангела, и он нашёл в этом плюсы.
Наступил вечер. Самаэль явился в камеру к Михаилу. Тот выглядел вполне здоровым, только что не сиял, как прежде. Глаза оставались ясными – он посмотрел на своего пленителя и сказал:
– Ты не сможешь причинить мне вреда, а тем более – подчинить своей воле.
– Вот и проверим, – Самаэль подошёл к нему и закрыл металлический ошейник на его шее, прошептав на ухо, – считай, что это твоё испытание. Если у меня ничего не получится, я, пожалуй, смогу с этим смириться и отправлю тебя в Семинор. Но если победа будет за мной, то мы будем радоваться вместе.
– Скорее, это будет твоим испытанием, – спокойно ответил архангел, – насколько хватит твоей тёмной силы, чтобы сломить мой дух?
– Для начала я изменю твоё тело, чтобы облегчить себе задачу. Ставить себе преграды и героически их преодолевать – это всегда было твоей прерогативой.
