Несмотря на то, что без нее Леда могла бы попробовать пробиться к моему разуму, я все же порадовалась, что эта защита на мне все-таки была. Правда, что было не подвластно видящей, легко преодолел кайр. Поправка, почти легко. И если я начала активно восстанавливаться, то он стремительно слабел.
— Что с вами? — испуганно спросила я, с трудом устроив его у стены.
— Ничего, все в порядке, — попытался отмахнуться от моей помощи упрямый полукровка, но тут инициативу перехватила Леда.
— Вы теряете силы. Использовали поглощающую магию? Это опасно и глупо. Сила ее щита слишком велика.
Я с трудом понимала, о чем она говорит, но похоже кайр не уничтожил защиту кольца, а лишь отсрочил ее действие, а теперь его стремительно накрывало.
— Как… как помочь?
Как бы я не относилась к кайру, каким бы мерзавцем его не считала, но он сегодня спас мне жизнь. И один поцелуй из той жуткой ночи оправдал.
— Никак. Ему может помочь только сила его Ордена и братьев.
Авенор уже вызвал их. Скоро все закончится.
Я благодарно кивнула, попыталась ободряюще улыбнуться кайру, но не смогла. Вместо этого неожиданно всхлипнула.
Особенно, когда, наконец, нашла глазами Эвена.
Им занимался Авенор и частично загораживал его, но я все равно разглядела две страшные рваные раны от кинжала на груди. И, кажется, именно я их и нанесла. И кинжал обнаружился неподалеку, весь окровавленный, по самую рукоять. Не знаю, зачем я его взяла, от шока плохо соображала, но когда это случилось, и когда все присутствующие увидели меня с ним, обстановка резко поменялась.
А тут еще и дед с каким-то дэйвом из гостиной появились, и все пятеро медленно начали меня окружать. А я все никак понять не могла, зачем они это делают? И почему так настороженно и с опаской на меня смотрят? А когда сообразила, выронила нож и задрожала.
— Я… в порядке.
Попыталась заверить я, но мне не верили, а тот незнакомый дэйв осторожно, но очень сурово сказал:
— Кольцо снимите.
Я засомневалась, посмотрела на деда, в поисках поддержки, но тот тоже был ужасно серьезен, и только кивнул, не говоря ни слова.
Причин не подчиниться больше не осталось. Я медленно подняла руку, рассмотрела в подробностях уже начавший заживать ожог и почти легко сняла кольцо. После этого произошли сразу две вещи: я упала от внезапно охватившей меня слабости, выронив при этом кольцо, и Эвен очнулся.
— Не трогать! — закричал он, едва этот незнакомый дэйв вознамерился поднять драгоценность. — Только она может.
Клементина, надень кольцо обратно. Немедленно!
Я с огромным трудом, но все же подползла к кольцу и надела его. Слабость и боль тут же отступили. Проверяя, целы ли руки-ноги, я с удивлением обнаружила, что сама похожа на какой-то дуршлаг: одежда висела лохмотьями, словно меня искромсали мечами, нашинковали, как капусту. Реально, на моем теле не было ни одной конечности, из которой бы не сочилась кровь. Еще удивительней было то, что я ничего не чувствовала, никакой боли.
— Легче?
— Значительно, — кивнула я. — Что… что со мной произошло?
— Магия контракта, — пояснил Эвен. — Ты напала на Экхара, нарушила условия. Только кольцо сейчас тебя защищает от смерти.
Я уставилась на Тень повелителя с одним лишь вопросом в глазах: «Если все так плохо, то где, демоны задери, пропадает Инар?»
А вслух озвучила другой:
— А где Экхар?
Мы все дружно принялись его искать. Точнее те, кто мог ходить, принялись, а я осталась стоять, где стояла, в полном ужасе взирая на все, на всех, и на себя тоже. Но самое страшное случилось, когда они все же его нашли, и я услышала страшный, леденящий душу крик старшего Экхара, не оставляющий никаких сомнений в том, что одно убийство я все же совершила. И в этот миг что-то в душе оборвалось и разлетелось на тысячи осколков. Я пошла туда, за кровавой дорожкой и увидела его, за шкафом, всего залитого кровью, от рваной раны на шее, которую зажимал его отец, но кровь все сочилась и сочилась, такая яркая, такая страшная, а вместе с ней из этого изломанного тела утекала жизнь. Ему досталось больше всего.
Меня в тот момент словно поразило парализующим заклятьем.
Если физической боли по-прежнему не было, то появилась другая — душевная. Она разгоралась все ярче и ярче, пока не затопила меня целиком. В голове билась только одна мысль: «Я убила, я убила».
Этими самыми руками, испачканными в крови. И точно также я запятнала свою душу, уничтожила что-то хорошее внутри. Я убила невиновного, я убийца, монстр, чудовище. Нет-нет, я не хочу… я не могу с этим смириться.
Осознав это, я решилась на ужасное. Страха не было, как не было и сожалений. Наоборот, мне казалось, что это единственное, что я должна, что я могу сделать. И я это сделала — сняла кольцо.
Эвен не сразу понял, что я совершила, но когда услышал странный хрип, вырвавшийся из моего горла, осознал сразу.
— Клементина! Что ты творишь?
— Почему, почему он не приходит?
— Он у Матери. А ее магия гасит все, — прошептал он и бросился искать в этом бардаке отброшенное мной кольцо. Но он не знал, что я только сделала вид, что бросила его в эту кучу мусора.
