Одна лишь его капля могла перенести человека в самое лучшее, самое волшебное воспоминание и пережить его еще раз, со всеми подробностями, чувствами, ощущениями, так, словно оно происходило наяву.
Касс однажды дала попробовать принцессе заготовку, и та испытала такое потрясение — приятное, волшебное потрясение. Она перенеслась в далекое, совсем позабытое детство, где была мама, такая красивая и живая, и папа, которого они ходили встречать к драконьим амбарам. Воспоминание было столь реальным, что она могла бы поклясться, что чувствовала запах свежескошенной летней травы, теплую руку матери, сильные объятия отца, и в его черных глазах плясал настоящий живой огонь, совсем как у Инара.
— Как такое возможно? — спросила она, когда воспоминание растворилось нежной дымкой, оставив ее опустошенно, но в то же время счастливо лежать на кровати.
— Это старый рецепт, — смущенно призналась Касс в ответ. — Я подсмотрела в одной из запретных книг наставницы. Она считает, что у меня талант, и я могу стать хорошей травницей, даже выдающейся. А еще она надеется с помощью моего дара чувствовать любовь создать идеальное зелье, которое могло бы помочь дэйвам находить истинных.
— И у нее может получиться? — заинтересовалась Тея.
— Не знаю. Пока нам не попадался достойный подопытный кро… прости, объект.
— А с полукровками это не работает?
— Намекаешь на Дэя? — догадливо прищурилась она. — Нет, его любовь я почувствовала и так. Но меня ведь не хватит на целую страну.
— Да уж, логично.
Припомнив сейчас тот разговор, Тея вспомнила еще об одном…
— Касс, а у тебя тоже есть татуировка?
— Ты «Солнечный круг» имеешь в виду?
— Не знаю, как правильно называется…
— А откуда ты узнала?
— Принц рассказал.
— А-а, ну тогда ясно, — понимающе хихикнула Касс, заметно повеселев.
— Что тебе ясно? — нахмурилась Тея.
— Просто их видят только те, кто есть в круге.
— То есть?
— А то и есть, что если бы он не добавил твой луч с отпечатком твоей ауры, то ты бы ничего не узнала о татуировке. Например, моя… — Касс прервалась на полуслове и стянула с руки длинную белую перчатку, чтобы показать девственно-чистое запястье без всяких татуировок. — Ты ничего не видишь, а она есть.
— Да, действительно ничего не вижу. Касс, а скажи, у тебя есть луч Дэйтона?
— У меня есть лучи всей королевской семьи. Тетя Мэл и дядя Александр мои крестные, Сэм — моя подруга, а Дэя, Кирана и Уилла я просто люблю, как братьев. Еще у меня есть лучи родителей и были бабушки и дедушки, но когда они умерли, лучи погасли и вскоре исчезли.
— А сейчас? Сейчас твоя татуировка выглядит как всегда?
— Конечно, — удивилась Кассандра странному возбужденному вопросу Теи. Впрочем, она скоро поняла причину и этого вопроса тоже. — Ты о Дэе беспокоишься? Не стоит. Если дядя Алекс здесь, значит, паниковать еще рано.
— Да я и не паникую, — попыталась заверить Тей, но беспокойство все равно не покидало ее, и не только из-за того, что Дэйтон не приехал, но и из-за странного поведения короля во время торжественного обеда по случаю дня рождения Самиры.
Нет, сначала она странностей в нем не замечала. Он был весел, безмятежен и благодушен, и даже весьма заинтересованно расспрашивал ее, а потом вдруг вздрогнул, коснулся запястья и почти сорвался куда-то, но посмотрел на заметившую перемену в нем жену, на дочь, снова потер запястье и досидел до окончания торжественного обеда. Тея тогда забеспокоилась и даже подумала, что вот оно случилось — то, чего она так опасалась, но остальные вели себя как всегда. А если Касс говорит, что у всех есть луч Дэйтона, то случись что-то плохое с ним, и королева, и Самирка это бы поняли. А значит, что-то произошло с кем-то из важных людей только для короля. Может быть с другом?
— Он сильный, он справится, — вклинился в тревожные думы Теи убежденный голос Касс. Но она-то знала, что даже сильные умирают, особенно если найти их слабое место. О чем и напомнила подруге.
— Уверяю тебя — это не тот случай. К тому же, если что-то будет не так, я обязательно это пойму.
— И расскажешь мне?
— Расскажу. Но советую на будущее просто сделать такую же татуировку. Тогда ты сама все будешь знать.
— А где вообще они делаются?
— В школе, конечно. Ты, кстати, когда уезжаешь?
— Как по мне, так я с радостью бы отправилась с тобой. Эва сказала, что Клем приедет сегодня, а я очень хочу ее встретить.
— За чем же дело стало? Попроси дядю Алекса отпустить тебя.
— Уже просила. Еще вчера, после того ужасного случая, но он отказал.
— Какого случая?
— А, так ты же ничего не знаешь, — осознала Тея и, помявшись немного, все же решилась ей рассказать об инциденте с подарком Солнечной принцессы. Как и ожидалось, Касс очень перепугалась и сразу позабыла об обиде, которую неблагодарная подруга ей сегодня нанесла.
— Я должна поговорить с ней, — возбужденно проговорила она, порываясь бежать немедленно. Тее насилу удалось ее отговорить. Вряд ли Самира станет ее слушать в окружении стольких людей, скорее снова жестоко оттолкнет и не заметит. Да и время было не слишком подходящее. Приближался заключительный танец официальной части вечера.
