Блестящие листья плюща, обвившего стены замка, отражали лунный свет.
— Он мерцает, — пропела я. Мне хотелось добавить что-то значительное, сравнимое с внушительностью замка. — Он… Он огромен. Закрывает полнеба. — Значительности не получилось.
— Он неописуем, хотя я пытался сделать это бессчетное количество раз.
Я немного пришла в себя и наконец подобрала слова:
— Он наводит меня на мысль о хоре, поющем в полный голос.
— А. Да.
Мы двинулись дальше. Облако закрыло луну. Айори остановился, я тоже. Мир погрузился во тьму. Но я ощущала идущее от принца тепло, слышала звуки ночи: шумно дышал пес, квакали лягушки, шелестел в кустах легкий ветер.
Облако прошло. Мы продолжили путь.
— Мы можем обойти замок вдоль рва.
— А где лебеди? — спросила я.
— Спят.
Мы пошли молча. Мне казалось, что если прислушаться, то можно услышать, как звезды поют друг другу серенады.
— Вы слышите Учу? — спросил принц.
— Больше не слышу.
— Где же он? — И принц позвал: — Учу, ко мне.
Тишина.
Айори свистнул и снова позвал. И тогда вдалеке мы услышали пса. Через минуту он уже прыгал на Айори и терся мордой о мои юбки.
— Хорошо, Учу. Молодец. — Принц дал псу угощение из своего кармана. — Останься со мной. — Несколько секунд он удерживал собаку за ошейник, усыпанный драгоценными камнями. — Ни за что не останется. Все время убегает.
Принц отпустил пса, и тот сразу умчался.
— Никогда не думал, что у меня появится такой друг, как вы, — сказал Айори и пошел дальше.
Так мы с ним друзья?
— А я никогда не думала, что моим другом будет принц.
— Принцы тоже годятся для дружбы. Шелк столь же прочный материал, как мешковина, хотя никто так не думает.
— Я так думаю.
— Спасибо, Эза. — Он помолчал. — У меня есть двоюродная сестра, мы с ней дружим, но она совершенно на вас не похожа.
Интересно, что он имеет в виду?
— Это оттого, что я простолюдинка. Можно прибавить слово «леди» перед моим именем, но по сути я все та же мешковина.
— Нет, вы не мешковина, — галантно возразил принц.
Я хмыкнула.
— У нас в «Пуховой перине» временами встречается и лен в полоску.
— Теперь я должен кое в чем признаться. Ужасная правда заключается в том, что я еще ни разу не ночевал в гостинице.
— Ни разу? Тогда как же вы путешествуете?
— От замка к замку. А если мы едем с дядей в поход на великанов, то спим в палатках.
В поход на великанов. Кошмар какой-то.
— Когда мне было четырнадцать, меня чуть не убила одна великанша.
— Ой!
— Она убедила меня, что мой отец жив. Я знал, что он погиб, но ей удалось всего несколькими словами уверить меня в обратном. Я поверил, что она отведет меня к отцу. Меня спас дядя. — Принц рассмеялся. — В первую минуту я страшно разозлился на него.
— И как же он спас вас?
— Он сидел на боевом коне и пел так громко, что не слышал великанши, поэтому подхватил меня с земли и посадил к себе. — Принц покачал головой. — Иногда в кошмарах я до сих пор слышу ее сладкие речи, и я до сих пор ей верю. Великаны все законченные обманщики.
И я недалеко от них ушла.
Вдали послышались голоса. Это в саду пели люди.
— Эза… если можно, я бы хотел узнать ваше мнение о ее величестве, — мнение хозяйки гостиницы.
Я не знала, что сказать. Я не знала его мнения. Нужно было придумать что-то нейтральное.
— Она неопытна.
— С содроганием думаю, что она станет делать, когда наберется опыта. Как она могла распустить совет?
— Она не понимает, как он для нас важен.
— Как она могла не… — Он не договорил. — Впрочем, я поступаю опрометчиво. — Принц перешел на пение: — Вы, наверное, меня презираете.
Он свистнул собаке, и на этот раз Учу примчался быстро.
— Нет, нисколько.
Принц со мной разоткровенничался, а я продолжала скрытничать.
— Вы слишком добры, чтобы презирать кого-то.
Какой комплимент! Нет, я была не настолько добра. Я презирала Иви.
Не всегда, конечно. Временами я ей сочувствовала.
Как мне хотелось облегчить душу! Как мне хотелось во всем признаться!
— Мне просто необходимо с кем-то поделиться. Но мы с вами знаем ее лучше, чем кто-либо другой здесь, не считая моего дяди.
Я с трудом высказала свое мнением о королеве:
— Она упряма, иногда вспыльчива, как мы знаем, но это, наверное, потому, что она такая энергичная.
— Да. Дяде как раз и нравилась… нравится… ее энергичность. Он говорил, что рядом с ней снова становится молодым. Он говорил, что она заставляет его думать, будто он способен на любые подвиги.
— Я верю, что она отвечает ему такой же любовью. — Я рассказала принцу, что королева провела ночь у постели короля.
Он был приятно удивлен.
— А еще она щедрая. — Я призналась ему, что Иви заплатила за мой гардероб.
Однако эта новость не произвела на него никакого впечатления.
— В королевской казне достаточно средств для такой щедрости, — он коснулся моей руки, — но, мне кажется, вы и в великане-людоеде найдете добрые черты.
— Ненавижу великанов! И некоторых гостей в «Пуховой перине» я тоже ненавидела.
— А что они делали?
— Ну… вели себя грубо.
— Грубо? — Принц помолчал. Я чувствовала, как он переваривает это. — Понятно.
Видимо, действительно понял. А жаль.
— А кто из гостей вам нравился больше других?
Я рассказала ему о гноме по имени жамМ.
