Я покосилась на массивную фигуру зверя, который застыл серой каменной глыбой. Такую с места не сдвинешь, а уж представить, что животное незаметно перемещается, вовсе невозможно.
– Пока Матюша не то чтобы перенестись, а выйти из загона не желает, – окончательно расстроил меня смотритель и прищурился, что-то припоминая: – Но иногда, с утра пораньше, сидит вся грязная, в тине, явно купалась в заболоченном пруду. А когда успела сбегать, не знаю. Двери-то были закрыты.
– Повезло мне с питомцем, – пробурчала я.
– Очень повезло. Горгулья – удивительный зверь, – попытался подбодрить меня лер Костюшко. – По легендам, которые многие считают сказками, горгульи сами выбирают себе друга среди людей и повсюду за ним следуют, защищают, помогают. А когда связка разрывается, зверь может на многие годы замереть, превращаясь в камень. На крышах некоторых старых зданий до сих пор сидят окаменевшие горгульи и ждут пробуждения.
Матюша по-прежнему сверлила взглядом стену, никак не реагируя на наш разговор.
Смотритель поохал и ушел. Я же забрала пустую кастрюлю и заглянула к Крылатику, подняв с пола грязную миску. Адепт, ответственный за уборку и уход, полностью игнорировал альруна.
В коридоре я споткнулась и чуть не выронила свою ношу. Хорошо поблизости оказались Вася с Базей. Потто проворно подхватили падающую посуду, помогли донести и даже помыть. А потом сопровождали в загоны к уже спящему Крылатику и недовольной горгулье. Вспомнив, что у меня в кармане лежат бутерброды, я решила отблагодарить маленьких помощников. Разумеется, предварительно спросив разрешения у смотрителя.
– Этим ребятам все можно. Но главное – не перекормить, а то растут не по дням, а по часам, – пояснил лер Костюшко.
Довольные потто выхватили бутерброды, а Матюша, увидев, как я раздаю еду, громко завыла. Вася с Базей поторопились сбежать, по дороге дожевывая добычу.
Вытащив из другого кармана печенье, положила рядом с горгульей. Уверена, что от трех печенюшек зверю хуже не станет. Да и лер Костюшко говорил, что злаковые Матюше можно. Горгулья повела носом, накрыла лакомство широкой лапой и придвинула печенье к себе.
– Если бы ты умела говорить, рассказала бы, что тебе нравится, – вздохнула я, подсаживаясь ближе к зверю.
Матюша пошевелила маленькими рожками. Но определить, понимает она меня или мое присутствие ее утомило, я не могла.
– Я бы тебе приготовила что-нибудь вкусное… – продолжала гнуть свою линию.
Горгулья навострила уши.
– И помыла бы. А то ты в пруду возишься, размазывая грязь. Тебя бы надо мылом отмыть душистым.
Матюша скривилась, последнее предложение ей явно не понравилось.
– Интересно, в чем твоя магия… – задумалась я.
Горгулья зевнула и отвернулась к стене. Мне явно намекали, что разговор окончен.
Я оставила зверя одного, а прикрыв решетчатую дверцу, услышала характерный хруст. Кажется, кто-то решил полакомиться печеньем.
Попрощавшись со смотрителем и Змиевским, который уже вовсю хозяйничал в загоне Грифа и выстилал свежим сеном пол, побежала к главному корпусу. Там в одном из зданий общежития меня ждал Джер Райт.
Я без труда отыскала нужную комнату. Юркнула в приоткрытую дверь и замерла на пороге. Похоже, кто-то был на хорошем счету у преподавателей, потому что жилище адепта представляло собой гостиную, спальню и личную ванную комнату. В гостиной разместилось человек десять старшекурсников, громко играла музыка, звучал смех.
– Райт! Твой Комар прилетел! – крикнул рыжеволосый Бжижек.
Мой наставник сидел на подоконнике и со скучающим видом листал какую-то книгу, не принимая участия в общем веселье.
– Комарек, а давай ты придешь через час? Как раз ребята по комнатам разойдутся, и ты здесь все уберешь, – лениво протянул Райт, даже не посмотрев в мою сторону.
– Я не буду убираться! – произнесла я тихо, но решительно.
– Что ты там пропищала? – поморщился адепт, а его друзья засмеялись.
– Тебя сделали моим наставником, чтобы ты научил меня базовым упражнениям. Вот и учи! – громче сказала я.
– Опять ты за свое, – закатил глаза адепт и отложил книгу. – Значит, не хочешь по-хорошему договариваться? Тогда идем!
– Куда? – насторожилась я.
– Разучивать базовые упражнения, как ты и хотела, – огрызнулся Райт и, схватив меня за руку, потащил за собой.
– Мне нужно переодеться, – возразила я. – Думала, мы сегодня всего лишь обсудим план занятий…
Для занятий по физической подготовке у нас была специальная форма – просторные темные брюки и длинная рубашка. Мне форма очень нравилась, потому что она прекрасно скрывала недостатки фигуры. Но переодеться я не успела, а Райт проигнорировал мою просьбу.
Мы прошли трехэтажные корпуса студенческих общежитий, миновали двухэтажные коттеджи преподавателей и оказались на арене – так здесь называли площадку для бега и гимнастических упражнений. В центре арены на ровно подстриженной травке практиковалось несколько боевых магов, и я остановилась, зачарованно любуясь их плавными движениями и искрами, срывавшимися с кончиков пальцев.
Адепт Райт сложил руки на груди и кивком указал на дорожку:
– Тебе туда.
– Куда? – не поняла я.
